Но слов ответа я снова не услышал. Не услышал я и голоса в голове, ну хоть что-то радостное за весь день, значит, вроде бы, я ещё нормальный. А то ведь если дятел в голове закукует, то здесь даже смирительную рубашку надеть будет некому. Правда ещё силы и время на обратный путь сэкономил. Да и куда мне было бы двигаться в ту сторону через Лощину, в сторону Тибетского нагорья. Мне там делать нечего, надо куда-то в люди выбираться, а это значит в обратную сторону.
– Царь Соломон, ну если ты со мною говорить не желаешь, я тоже к тебе крайний раз обратился, предам тебя забвению и долго вспоминать не буду, тебе же пусть хуже будет, и сало без тебя сожру, и рожа ведь не треснет. – подбадривая себя пригрозил я своему виртуальному спутнику.
После того как моё «офигение» улетучилось, я начал оглядываться по сторонам. Где-то в стороне я увидел глинобитные домишки. Ну это уже хоть что-то, подумал я, вот только в те разы таких здесь не имелось, да и их вид меня насторожил. Ну не соответствуют они тому что я привык видеть в своё время. Что делать, поехал к ним.
Ко мне из дома на встречу вышел старый человек. Как культурный, воспитанный гражданин, я поздоровался и поклонился, он что-то мне ответил, я не понял, наверное, он говорил мне на своём наречье народа инь.
Тогда я на земле начал рисовать ножом иероглифы. Он показал мне что хочет взять мой нож и начал писать в ответ…
Надо вам сказать, что различие языков на территории Китая огромно. Некоторые исследователи насчитали аж до 730 разных диалектов в этой стране. Это – даже не Европа с ее «многоголосицей». Тем не менее, хотя жители разных регионов Китая порой даже не понимают разговорный язык друг друга, они вполне способны общаться между собой с помощью единой письменности.
Логично, что для передачи, предположим, понятия «птица», человек ее просто нарисует. То есть графическим путём он фиксирует понятие, а не звуки, которыми это понятие передается. Это принцип иероглифического письма, принятого ещё и в Древнем Египте, до сегодняшнего дня используемого в китайском языке. Его очевидное достоинство – независимость от произношения. Современный китаец с легкостью понимает тексты, написанные пару тысяч лет назад. Иероглифическая письменность объединяет Китай: различие северных и южных диалектов очень существенно. В свое время, вождю и учителю китайского пролетариата, Мао Цзэдуну, который был родом с Юга, требовался переводчик для агитации в Харбине и северных провинциях.
Существует большое количество диалектов китайского языка. О точном их числе спорят специалисты. Всего лингвисты насчитали семь диалектных групп, каждая из которых делится на несколько подгрупп. Диалекты юга и севера отличаются так сильно, что жители Шанхая и Пекина не поймут друг друга: иероглифы понимают одинаково, но произносят по-разному. В одном лишь Пекине насчитывается три диалекта – Западного города, Восточного города и районов к югу от проспекта Чанъанъ дацзе! Иероглифы же, связанные лишь со значением слов, позволяют пекинцу объясниться не только с гуанчжоусцем, но даже с корейцем или японцем, языки которых имеют совсем не китайскую грамматику.
Иероглифы в Китае – это не только символ древней культуры. Испокон веков они обеспечивали единство нации во времени и пространстве. Даже в начале ХХ столетия иероглифическая письменность позволяла всем образованным людям читать древние изречения Конфуция и сочинять стихи по средневековым образцам. Она же всегда связывала воедино множество китайских диалектов-языков. Их несхожесть настолько велика, что жители разных областей Срединного государства либо устно объяснялись друг с другом через «переводчиков», либо «писали» на ладони иероглифы, читая их со своим диалектным произношением.
Природа столь высокой эффективности китайской письменности в решении задачи коммуникации по сравнению с письменностью алфавитной кроется в принципиальном отличии базовых принципов в основе двух вариантов передачи информации – смысловом и фонетическом – отображение смысла, а не звука. При использовании смыслового принципа проблем между языками нет, а при использовании фонетического принципа неизбежно возникает прямая зависимость от сходства разговорных языков. Китай подтверждает этот вывод.
Кроме того, отсутствие привязки идеограмм к звуку позволяет сохранять неизменными знаки письменности даже при значительных изменениях разговорного языка весьма длительное время. Так, некоторые ученые считают, что китайские иероглифы существуют уже около 6000 лет.
Да, размышления это замечательно, но вернусь к диалогу со стариком.
Вначале старик спросил кто я и откуда.
Я ответил ему переименовав свою фамилию на китайский лад:
– Я Инь, а имя моё Лун.
Затем, я ему объяснил, что вошёл в Лощину Чётного Бамбука, а когда вышел, то понял, что хоть и попал в то же самое место, но вот не пойму куда. В ответ он мне написал, что он знает, что такое бывает и случалось уже не раз. Поэтому местные жители избегают туда заходить.
Ещё он мне ответил:
