От сладкой неги, в которую погрузился Чижов, после дежурства на мосту, его отвлек болезненный тычок кирзового сапога по его ноге. Гришка протянул свои нижние конечности поближе к буржуйке, в которой теплился огонек пламени. Буржуйка находилась в просторной будке, сколоченной из отесанных досок. Даже в мирное время стратегические мосты находились под охраной, и эта будка была сооружена для караула, который и занимался охраной объекта. Гришка недовольно открыл глаза, чтобы посмотреть на своего обидчика. Рядом с ним стоял человек-гора Леха Яценко. Рост 180 сантиметров, косая сажень в плечах, весом больше ста килограммов, кулачищи словно кувалды, но с характером добродушного человека. Как такие парни в шуцманы попадают? Загадка.
— Чего тебе? — буркнул Гришка.
— Вставай, к тебе жена пришла, — озвучил он невероятную новость.
— Стеша? — вскочил на ноги Гриша.
— Где она?
— На первом посту. Там ее уже Селютин допрашивает, — подсказал Яценко. Тема с допросом не очень понравилась Чижову. Он выскочил из теплого помещения на мороз. Алексей последовал следом. Григорий ожидал увидеть Стефанию, которая каким-то чудесным образом оказалась, Бог знает где, но вместо жены заметил Валентину, которая с кошелкой в руках стояла на линии часового в окружении нескольких шуцманов.
— Валя? Ты как здесь очутилась? — задал интересующий его вопрос Чижов.
— Знакомый дядечка ехал в эту сторону, вот я и решилась тебя навестить. Соскучилась уже, — призналась Стружук.
— Чижов, развел здесь многоженство. Не положено! Это стратегический объект, — возмущался Селютин.
— Я тебе передачу принесла, — кивнула женщина на поклажу в руках.
— Валюха? Каким ветром? — подтянулся на первый пост и Игнатов.
— Вот решила вас проведать и гостинцев передать, — обрадовалась Стружук появлению Федора.
— Не положено! — бубнил свое ефрейтор.
— Ротный узнает, ругаться станет, — приводил свои доводы Александр Владимирович.
— Да перестань ты, — не принимал Яценко во внимание его причитания.
— Что там у тебя? — захотел он заглянуть в кошелку гостьи. Она была не против этого, почувствовав поддержку со стороны.
— Молочко, сало, пирожки, — начала перечислять женщина продуктовый набор.
— И все?
По кислой роже человека-горы можно было без труда понять, что он ожидал чего-то более существенного, в виде домашнего самогона. Стружук смекнула, в чем ее ошибка и быстро исправилась: «Я в следующий раз принесу». То есть, своим обещанием она делала задел на очередной визит на объект.
— Чего тут стоять? Пошли к нам в караулку, — взял на себя властные полномочия Яценко.
— Так ведь ротный запретил, — начал было выступать Селютин.
— Где он ротный? Нет его. Я что-то не слышал, чтобы он за себя тебя оставлял. Не нравятся продукты? Не ешь, и жди, когда полевая кухня прибудет. Я голодать не собираюсь, — ни во что не ставил Алексей старшего по званию. Валентина в сопровождении шуцманов отправилась в помещение с буржуйкой, а сама цепким взглядом осматривала подступы к мосту и подсчитывала, сколько полицаев охраняет объект. Это было ее новое задание от бывшего начальника Сарненской милиции. Гришка был несказанно удивлен такой инициативе любовницы. Детей оставила, на продукты потратилась, с каким-то дедушкой связалась и все ради него? Неужели он ей так дорог? Или о Федьке беспокоится? Вряд ли. Такая страсть Валентины начинала его пугать. Ему проблемы со Стефанией не нужны. А тут он считай, завел себе вторую семью, и любовница завтра начнет претендовать на роль жены. Провожая Валентину обратно, он попросил ее больше не приезжать. Не безопасно и затратное это дело. Тут Валя надула губки, мол, видеть меня не хочешь, не можешь простить товарища мужа и всякое подобное. Здесь еще Федька вмешался с Лешкой Яценко со своими заказами. Самогона им, видите ли, до полного счастья не хватает. Валька и рада стараться, что обещать.
