В то время как шаман, приняв свою любимую позу на диване на кухне, закинул голову назад и молча выслушивал вопросы посетителей, его новоиспеченный ученик готовил гостям чай с бергамотом. Аромат напитка разнесся по всему дому и приятно успокаивал.
— Мне нечего вам сказать. — Тихим мягким голосом говорил индеец. — Я не знаю, кто мог бы подложить подобное Хепи Уайта. Но это нехороший знак. Насколько я знаю подобные метки получали все убитые? — Уточнил он.
— Да сэр. Но, возможно, Вы знаете из-за чего сэр Уайта ее получил? — Спросил у него Майкл, делая большой глоток только что налитого чая.
— Нет. Но здесь не нужно быть провидцем, чтобы понять, что его убирают как лишнего свидетеля. — Заметил шаман. — Он слишком много видел, возможно, даже больше, чем рассказал. Хотя он никогда не скрытничал, кто знает.
— Его информация действительно оказалась довольно полезной. Кстати, что Вы можете рассказать о его предположении, что в смертях замешаны хопи? — Осведомился комиссар.
Индеец только ухмыльнулся и поглядел на своего подопечного. Мальчик, как ни в чем не бывало, стоял у кухонной тумбы и не вмешивался в разговор. Только слушал, не реагируя на замечания, вопросы и ответы. Но последнее предположение заставило улыбнуться и его.
— Не думаю, господа, что хопи в них виновны. Они довольно спокойны, их религия не позволяет им творить насилия. Они готовы уживаться со всем, что творится в мире, так как это установлено свыше. Нет. — Индеец покачал головой. — Это не они. Кроме того Вы ведь сами к ним ходили и могли бы сделать определенные выводы, обратился он к Майклу.
Мужчину удивила подобная осведомленность, и он задал сам собой напрашивающийся вопрос:
— Откуда Вы знаете, что я был у них?
— Ха. Не подумайте ничего плохого. Мне позвонил Джеймс Кроу. Мы вынуждены с ним общаться из-за наших общих дел. — Просто ответил Лунный Бизон.
— Ясно. Больше он Вам ничего не рассказал? Может быть, что-то, что не мог рассказать полиции?
— Нет. Ничего существенного. Только несколько слов о Вас лично, но думаю, это к делу не относится. — Заметил шаман.
— Позвольте мне решить, что относится к делу, а что нет. — Приказным тоном отметил Майкл и попросил его повторить слова Кроу.
— Воля Ваша. Он сказал, что не видел никогда столь слепого зрячего. И я с ним полностью согласен. Хотя, Вы здесь не один такой, Ваши товарищи тоже слепы, как только что родившиеся котята. — Ответил индеец.
— Что это значит? — Не понял Лафарг.
— А то, что Ваш друг из ФБР не замечает, что творится у него под носом, а пытается раскрыть то, что слишком далеко от нас. — Многозначно пояснил Бизон, но от его объяснений не стало легче.
— Вы индейцы любите говорить загадками. — Заметил комиссар. — Но, возможно, на вопрос о Уна Сиху ответите без подобных замысловатостей. К ней приехали гости?
При упоминании имени старухи мальчик, до этого продолжавший смирно стоять на кухне задергался в ненавистной злобе, сидевшей в нем и отвернулся, чтобы не смотреть на агента и полицейского. Старик с сожалением посмотрел на него и, обратившись к посетителям, попросил их выйти на улицу для разговора.
— Понимаете, — начал он, — Уна Сиху опекун моего подопечного. Но она плохо, очень плохо справлялась со своей миссией.
— Еще бы. Ведь ей, насколько нам известно, немало лет. — Перебил его агент.
— Дело не в этом, сэр. Любить можно в любом возрасте. Она же любить просто не умеет. От этого мальчик и страдает. Но мне лучше больше ничего вам не говорить, так как это привлечет сюда ненужных людей из комитета по опеке.
— Прошу, сэр, продолжайте! — Попросил его комиссар.
— Уна Сиху действительно скверная старуха, но отличная знахарка. Правда, редко кому помогает и все свои секреты держит в тайне, поэтому мы чаще обращаемся к другому человеку. Он хоть и не настолько силен, но никогда не откажет и более добродушен, чем Белая Лилия. А что касается ее гостьи, то я лишь наслышан о ней. Белая Лилия редко принимает посетителей с большой земли. Но эта девушка пришла от важного человека, который поручился за нее. Она врет?
Комиссар и агент покачали головой, не став отвечать на этот вопрос.
— А что Вы скажете, если мы намекнем, что эта старая леди вчера поздно вечером встречалась с некими незнакомцами? У нее есть родные или знакомые за пределами резервации? — Заинтересовался Майкл.
— Знакомые? Родные? — Задумчиво произнес шаман. — Нет, пожалуй, нет. Она одинока как дикий волк. Ее родные погибли давно, а единственным родственником остался Медвежонок. — Шаман кивнул в сторону дома, где остался мальчишка.
— Тогда кем могут быть эти люди? — спросил у него Лафарг.
— Не знаю. Но постараюсь выяснить. — Пообещал индеец.
— Нет, сэр, ничего не предпринимайте. Сейчас это достаточно опасно. Мы не хотели бы подвергать ей еще и Вас.
— Не думайте, я не буду прибегать к классическим методам. — Загадочно произнёс индеец и удалился к себе в хижину.
Над Вашингтоном густел туман, который вслед за последним снегопадом решил нарушить планы, вылетающих из аэропорта Маршалла.
