Дело в том, что, по совести говоря, я почти ничего не знала о мормонах. Я родилась в традиционной католической стране, поэтому все эти христианские движения новой формации никоим образом меня не интересовали. Однако я неоднократно занималась реставрацией предметов культа во многих храмах Галисии и знала, что мормоны долгие годы приезжали сюда и делали фотокопии старинных учетных книг о крещении и смерти, чтобы затем привезти их в штат Юта и хранить там до наступления «последних дней». Они верят — по крайней мере так мне рассказывали священники, как и я, пораженные их одержимым интересом к архивным записям, — что только те, чье генеалогическое древо зафиксировано в специальном бункере, построенном в Солт-Лейк-Сити, смогут всерьез претендовать на вечную жизнь.
— Смит сумел не только завладеть адамантами, — уточнил Даджян, выводя меня из задумчивости, — но и вернуть им имя, под которым они были известны в древности. Когда вы услышите его, быть может, лучше сможете оценить их неизмеримую ценность.
— Еще лучше?
— Да, именно лучше, — сказал он. — Смотрите, среди откровений, полученных Джозефом Смитом вместе с камнями, фигурировало следующее: патриарх Авраам был одним из самых знаменитых их владельцев. И видимо, он унаследовал камни от потомков Ноя. И он нарек их Урим и Туммим.
— Урим и что?..
— На древнееврейском это означает «свет» и «истина», сеньора Фабер. Естественно, патриарх использовал их для предсказания будущего и для вступления в контакт с Богом в Уре, рядом с современным городом Насирия в Ираке, где, кстати, были обнаружены глиняные таблички семнадцатого века до нашей эры с фрагментами «Эпоса о Гильгамеше».
— Значит, этих камней касался Авраам…
— Да, именно так. Список людей, владевших ими до тысяча восемьсот двадцать седьмого года, весьма впечатляющ. От Моисея до Соломона, хранившего их вместе с сокровищами храма, не говоря уж о римских императорах, папах, королях, финансистах, политиках…
— А что стало со Смитом?
— Потерял рассудок, — мрачно ответил Даджян, сосредоточившись на бегущих по экрану строках. — Он настолько вошел в роль последнего пророка, ниспосланного на Землю Иисусом Христом, чтобы спасти человечество, что основал собственную церковь и через несколько лет был линчеван своими врагами в Иллинойсе. Что касается Урима и Туммима, они, вероятно, сгинули в той неразберихе. Больше о них никто не слышал… По крайней мере, официально.
Даджян поднял бровь, словно подчеркивая многозначительность своих слов.
— Официально? Что вы хотите этим сказать?
— Сорок лет спустя, при правлении Честера Артура, камни обнаружились на юго-западе США. Они хранились у индейцев хопи, с которыми Артур вел долгие переговоры с целью заполучить их. Именно тогда, уже при первых экспериментах в лабораториях морской разведки, выяснилось, что эти камни обладают свойствами, не известными ни у одной земной материи. Они меняли вес, цвет и температуру, причем одновременно, словно общались между собой и реагировали на внешние сигналы.
— И именно на такой эффект вы сейчас и надеетесь, правда?
— Я не просто надеюсь, — произнес он, указывая на монитор. — Это уже происходит. Взгляните!
Пип. Пип. Пи-и-и-ип.
Три новых сообщения одно за другим пришли на «Блэкберри» Эллен Уотсон. Помощница президента получила их, как только самолет приземлился в аэропорту Лаваколья, в шестнадцати километрах к востоку от Сантьяго-де-Компостела, и телефон оказался в зоне действия ближайших вышек. Все три сообщения были снабжены пометкой «срочно».
Первое из них было подписано этим придурком Ричардом Хейлом, который произвел на нее в Мадриде столь удручающее впечатление. Послание содержало текстовый документ и недавнюю фотографию Хулии Альварес — «Вот ваш объект. Пять лет замужем за Мартином Фабером, бывшим сотрудником АНБ» — и краткое изложение ее разговора с Ником Алленом незадолго до ее исчезновения в Сантьяго. «Инспектор Антонио Фигейрас окажет вам необходимое содействие. Он ведет это дело в рамках расследования местной полиции», номер мобильного телефона прилагается.
Эллен запомнила информацию, бросила беглый взгляд на фотографию и одним движением пальца закрыла документ. «И еще мне надо поговорить с полковником Алленом», — сделала она заметку в уме.
