Немудрым было не слушать советов отца, а опрометью кинуться замуж за человека, с которым у нее случился лишь первый непонравившийся ей поцелуй. Да они же даже толком не разговаривали, если на то пошло.
К счастью, на этом Луиса прервала свои расспросы — саквояж был собран. Дафна подхватила его, чуть покачнувшись под слишком большим для ее тонкой руки весом, и, перекосившись на сторону ноши, понесла вещи к выходу.
Должно быть, постеснялась позвать кого-то из близнецов, чтобы помогли.
Мэл досадливо прикусила губу — она могла бы и сама догадаться и позвать Олли или Ронни заранее.
* * *
Провожать леди Боулер вышли все обитатели дома.
Матушка Соули заботливо вручила Луисе сверток с пирожками и получила в ответ тысячу комплиментов ее кулинарному таланту.
Горничные — включая Дафну, успевшую передать саквояж перехватившему ее на крыльце Оливеру, — собрались в сторонке, выстроившись в ряд, надо понимать, таким образом выражая свое почтение покидающей поместье гостье.
Олли, держащий саквояж в одной руке с такой легкостью, будто тот весил не больше косметички, ждал у распахнутых ворот. Ронни топтался снаружи, ожидая уже виднеющийся вдалеке на дороге экипаж. Так как Луиса наняла транспорт и кучера в Цинне, его не стали селить в доме и отправили на постоялый двор в Монне, откуда тот и возвращался за своей щедрой пассажиркой.
Дрейден получил от Луисы поцелуй в щеку. Мэл не знала, что именно возвышало Кристиса в глазах леди Боулер над слугами, несмотря на неблагородное происхождение: дружба с ее братом или все же официальная должность управляющего Монтегрейн-Парком, — но попрощались они тепло и практически на равных. Практически — потому что бедному Дрейдену пришлось сложиться в три погибели, чтобы невысокая Луиса смогла дотянуться до его щеки. Поцелуй, впрочем, был чисто символическим: причмокивание губами возле щеки — никакого касания. Однако Крист выглядел крайне довольным оказанной ему честью.
Дошла очередь до Рэймера и Амелии. Все это время они стояли рядом, но не касаясь друг друга. Видимо, рассудила Мэл, раз его сестра поверила в истинность их брака, он решил, что можно больше не пускать той пыль в глаза лишними прикосновениями. И, пожалуй, она была этому только рада.
Амелию Луиса обняла как родную.
— Береги его, — шепнула, бросив на брата хитрый взгляд. — Учти, я тебе его доверяю.
— Конечно, — улыбнулась Амелия в ответ.
Монтегрейн на прощание тоже получил от леди Боулер крепкие объятия и, в отличие от управляющего, уже настоящий поцелуй в щеку, оставивший на его скуле бордовый отпечаток помады.
— Водостойкая, — ехидно сообщила ему сестра и важно проследовала к вкатившемуся в ворота экипажу. — Не скучайте! — помахала на прощание рукой и ловко, несмотря на свои внушительные габариты, забралась в салон, не воспользовавшись помощью попытавшегося подать ей руку Ронивера. Все, что оставалось Ронни, это захлопнуть за ней дверцу экипажа. — Пишите письма! — крикнула Луиса уже в окно.
— По десять в день! — съязвил в ответ ее брат, за что получил взамен «страшную» рожицу.
Леди Боулер ещё раз взмахнула на прощание рукой, и экипаж тронулся.
Оливер закрыл ворота.
Гидеон сегодня снова был в образе ворона — весь в черном. Черным был даже шелковый шейный платок, которым он обвернул свою бледную не по-мужски тонкую шею.
Когда Амелия вошла, Глава СБ сидел на стуле у окна, забросив ногу на ногу, и, как и в прошлый раз, лишь скупо улыбнулся, даже не подумав встать.
Помня о дате встречи, Мэл в сопровождении Дафны и Оливера отправилась в Монн сразу после завтрака под предлогом того, что ей нужно лично выбрать зонтик от солнца. Правда, в итоге ей пришлось бродить по улицам городка около двух часов, пока какой-то босоногий мальчишка не подкрался к ней, когда она замерла у одной из витрин со шляпками, и не вложил ей в ладонь клочок бумаги, на котором уже знакомым ей почерком было выведено: «Идите к портному».
Наученные горьким опытом, Олли и Дафна следовали за ней молчаливыми тенями, ни на миг не теряя госпожу из вида. Но ей и не требовалось скрываться — теперь, когда Монтегрейн знал о том, куда она направилась.
Приплясывающий и лебезящий господин Линч встретил ее чуть ли в дверях своей лавки и, непрерывно извиняясь, провел «дорогую гостью» в примерочную. Сунувшуюся было за ней Дафну на сей раз чаем поить не стал, а чуть ли не силой выставил вон. Девушка изумленно воззрилась на заметно нервничавшего портного, но Мэл успокаивающе ей улыбнулась и попросила подождать вместе с Оливером снаружи.
И вот она здесь. И Блэрард Гидеон тоже здесь — сидит и смотрит на нее своим немигающим «вороньим» взглядом.
— Вы похорошели, — выдал Глава СБ вместо приветствия, глядя на нее оценивающе.
— А вы не стали воспитаннее, — не осталась в долгу Амелия. От этого взгляда хотелось отмыться.
В ответ Гидеон лишь насмешливо изогнул бровь. Мэл не отреагировала, прошла и села на диван возле подиума для примерок, сложила руки на коленях.
Цепкий взгляд проследовал за ней, словно приклеенный.
— Надеюсь, сегодня вам будет, что мне сообщить… Полезное.
