— Почему ты ждёшь только плохое, Руслан? Почему не рассматриваешь другой исход? Ты уже решил за них, даже не давая шанса. — попыталась вложить в него другой взгляд. — А вдруг? Вдруг тебя поймут и не осудят?
— Он изобразит жертву, котёнок. — метались эмоции в его глазах. — Федька — младший. В них заложена программа его защищать и сдувать пылинки. Это неизменно.
— Нет! Он уже давно не мальчик и они это понимают. — оспорила я. — Руслан, если понадобится, то я выступлю против него! Ты просил не вмешиваться, но я не стану стоять в стороне и смотреть, как он будет оплёвывать тебя с ног до головы! Сколько можно?
— Меньше всего мне нужно, чтобы всё зло сорвали на тебе. — с излишней строгостью сказал он. — А скандал будет огромный… — его внешняя сдержанность переходила в угнетённое состояние и у меня от жалости заныло сердце. — Мне просто трудно дышать, зная, что нас с тобой не пожалеют. За то, что обидели Федечку, нанесли ему душевную травму, как же он теперь будет жить… — глубокий вздох, пропитанный яростью. — Я чувствую себя загнанным в угол… хочу вырваться на свободу. Хочу начать жить, Мир. — и дав волю чувствам, с рыком откинул подушку в стену. — Я больше не могу ждать!
От его пронизывающего взгляда меня пробрала дрожь.
Мой любимый мучается.
Всегда сильный и уверенный Градов теряет равновесие и веру в себя. Ему тоже свойственны слабости. Одна из них — его семья. Каким бы нелюдимым он ни пытался казаться, всё равно открыт сердцем и душой. За всей этой показушной грубостью и равнодушием скрывается настоящая любовь.
Мне крупно повезло.
Мне позволено не только видеть, но и испытать ту заботу и нежность, что он накопил за всю жизнь, но не смог применить. Федя перекрыл собой всё его единение с родителями и произошло замыкание. Теперь Руслан боится потерять последнюю связь, потому что привык скрывать свои истинные чувства. Родители вне ведении какой на самом деле их старший сын. Да и младший тоже… ложное представление об обоих.
Им бы заметить несходство и поменять предпочтения.
К Руслану, наконец, протянуть руки и позволить ему расслабиться, стать самим собой. А Федю за шкибон и на разговор, мол заигрался, пора взрослеть и начать жить, зная, что каждый его шаг имеет последствие.
Это стало моим желанием, которое преследует в последнее время.
Каждый день я жду правосудие.
Должно же оно наступить. Ну не может всё сойти с рук человеку. Фёдор уже совсем повяз в измене, продолжая играть роль белого и пушистого.
Уже смешно, сколько историй он выдумал в своё оправдание.
Мы с Русланом только и ждём, когда иссякнет его воображение и он придёт с повинной.
Уже близко, мы чувствуем. Но мой любимый начал терять собранность.
И, кажется, я знаю что делать и как вернуть ему боевой задор.
— Помнишь, ты однажды сказал мне фразу: «Мир, ты задыхаешься и я задыхаюсь вместе с тобой!» — обвила его шею руками и поцеловала в закрытые веки. — Я тогда не видела выхода и мне нужна была встряска.
— Помню. Мы прыгнули с верёвкой. — пробормотал Руслан, стягивая пальцами мою спину и притягивая ближе.
— Ты тогда назвал это обновлением! — подсказала я. — Вспышка и ты другой человек!
— Хочешь снова прыгнуть? — от удивления приоткрыл один глаз.
— Нет, тебе нужна другая вспышка! — улыбнулась и почесала ноготками его бороду. — Твоя вспышка, Градов! Где ты ничего не боишься и несёшься вперёд, даже в огне и без тормозов! Пора вспомнить, что ты победитель!
Мгновенное понимание и трёхлетняя кома завершилась. Мой гонщик пробудился, обрёл сознание и снова готов к бою.
— И ты не против? — спросил он ради приличия, изо всех сил стараясь быть невозмутимым.
Только тщетно.
Ответ был известен и в глазах Руслана уже прыгали бесенята в шлемах.
— Для полноты жизни можно разочек!
В душе всё возликовало. Перемена на лицо. Ещё несколько минут назад Градов тяжко вздыхал и горевал, что потерял надежду, а сейчас сжимал меня до хруста костей и не давал дышать, целуя так, словно я и правда его воскресила.
— Я так тебя люблю! — твердил он счастливым голосом и подкидывал меня к потолку. — Поехали скорее!! Прокатимся, как в старые добрые времена!!
- Конечно! — обрадовалась я, а потом резко замолчала. — Так, стоп! Речь только о тебе, Руслан!! — дошёл смысл его слов.
— Ничего не знаю, веснушка! — уже набирал чей-то номер хитрец. — Мы теперь всегда и везде вместе!
— Ой, знаешь, я передумала… — съёжилась от страха. — Иди сюда, поплачем вместе, жизнь строга к нам и всё такое!
Можно время повернуть вспять?
Я не сяду с этим психом на мотоцикл!! Он три года терпел, сейчас как слетит с катушек, потом кто нас отскребать от асфальта будет?? А так хоть я его вылечу. А меня кто??
— Не волнуйся, я тихонечко! — взбудораженно носился по номеру и собирал наши вещи.
— Ага, я это слышу каждый раз, когда ты стягиваешь с меня трусы! Ноги теперь отнимаются!
— Мира! — остановился передо мной, заглянул в глаза, взял мою руку и приложил к груди. — Мне это нужно! — дал почувствовать рвение сердца.
Что ж, я в безвыходном положении.
