- О да, поверь человеку, у которого лучший друг - Гарри Поттер, - хмыкнул Рон и оглянулся в поисках какой-нибудь тяжелой ветки. - Ага, вот тебя-то мы и возьмем, - Рон направил волшебную палочку на длинную ветку, видимо, отломанную от кроны ивы и левитировал к сучку-выключателю, сосредоточившись так сильно, что даже высунул кончик языка. Раздался щелчок и ива замерла. Рон самодовольно хмыкнул, повертел палочку между пальцев и засунул в карман джинсов.
Стало непривычно тихо, словно кто-то наколдовал заклятие Оглохни. Ночная улица была пустынна, даже ветер как-то внезапно стих, только где-то вдалеке слышался собачий лай. Небо не было затянутым тучами, виднелись миллиарды звезд, рассыпанные по иссиня-черному небу, да половинка молочного диска Луны. Рон обеспокоенно огляделся. Подозрительная тишина пугала еще больше шума ожесточенной битвы.
- Словно затишье перед бурей, - невесело усмехнулся за его спиной Эванс, словно прочитал мысли Рона.
- Ладно, погнали. Мы должны найти Гарри.
Рон, как тот, кто по несчастливым обстоятельствам, в виде крестного Гарри Сириуса, а позднее и самого Гарри, который искал Волдеморта и Снейпа, уже имел небольшой опыт в проникновении в Хижину по этому узкому туннелю, полез первым, сгибаясь в три погибели. Пять лет назад, когда они лезли сюда, Рону приходилось сгинаться под углом в девяносто градусов, а ближе к хижине, он вообще полз по пластунски. Потом еще и лежать пришлось в одном положении минут тридцать, пока Гарри слушал разговор Темного Лорда и профессора зельеварения. Теперь же, Рон полз на животе весь путь до хижины, потому что успел вырасти в несколько футов и туннель стал еще меньше и ниже. Они ползли несколько минут, абсолютно не разговаривая, потому что это было бы тяжело, когда тебе так сильно давят на живот, а потому их пыхтение и шум курток, эхом отдавались от каменных стен и уходил на метры вперед. Рон испугался, что их легко услышат в самой хижине. Он остановился и громко зашипел, призывая пыхтящего как паровоз на вокзале Эванса, затухнуть.
- Не шуми так сильно, Эванс, - громко прошептал Рон. Он не мог повернуться, потому что проход был невероятно узок, а потому надеялся, что Эванс его понял и пополз дальше.
К счастью, Эванс не зря работал аврором, потому как по мере их продвижения вперед, Рону пару раз сильно хотелось обернуться и убедиться, что тот все еще ползет сзади, ибо делал он это максимально тихо. Тихо было и в самой хижине. Не было слышно ни одного голоса, словно там никого нет. Рон невольно подумал, что Пожиратели решили пойти и подремать, но навряд ли они стали бы так расслабляться, зная, что вскоре сюда приедет армия авроров для их ареста и спасения Гарри. Рон осторожно отодвинул мешающие ящики в сторону и аккуратно вылез. Пол под тяжестью его ног тут же страшно заскрипел и парень испуганно замер, ожидая удара. Но несколько минут ничего не происходило, поэтому Рон прошептал: “Люмос” и на конце палочки зажегся белый шарик света. Свет из палочки осветил комнату и Рон крутился на одном месте, чтобы не наделать еще больше шуму. Эванс, уже успевший бесшумно вылезти, стоял по правую руку и тоже освещал комнату.
- Предлагаю, все таки обследовать хижину, - прошептал Эванс. - Может, здесь кто-нибудь есть.
- На нас еще не набросились, хотя мы торчим здесь уже минут десять, как мишени, - прошептал в ответ Рон, но все же сделал маленький шажок вперед, морщась от прозвучавшего продолжительного скрипа половиц. - Развалина, она и есть развалина, - пробурчал Рон и Эванс прыснул.
Когда свет упал на стоявшую в дальнем углу комнаты разваленную кровать, Рон поперхнулся воздухом. На грязных простынях виднелся человеческий силуэт. Неизвестный лежал на боку, спиной к Рону и не подавал признаков жизни. Рон подозвал Эванса к себе и, переглянувшись, они осторожно начали приближаться к кровати. Половицы отчаянно скрипели, отзеркаливая каждый их шаг и Рон мысленно перебрал все известные ему ругательства. Когда расстояние сократилось, позволяя свету двух волшебных палочек полностью осветить найденного ими человека, Рон снова ругнулся, но уже громко и отчетливо. Это был Гарри. Он лежал на боку, совершенно не двигаясь, левая рука безвольно свисала с кровати, доставая длинными пальцами до пыльного пола, очки лежали рядом с ним, на кровати. Рон похлопал его по щекам, применил заклятие оживления, но Гарри не реагировал, продолжая лежать неподвижной куклой, равнодушной ко всему миру. Паника охватила его с ног до головы и он отчаянно взглянул на Эванса. Свет от отпущенной им палочки, вырисовывал его высокий силуэт белым контуром на черном холсте.
- Давай левитируем его? - выдохнул Рон и Эванс согласно закачал головой, видимо не доверяя сейчас своему голосу.
- Вингардиум левиоса, - практически прошептал Рон и тело Гарри медленно взлетело вверх над кроватью.
***
