Рядом с желтыми куполами лагеря зиккурийцев стояло несколько дискообразных летательных аппаратов. Колька даже видел пару раз, как они летали: сначала «тарелка» медленно-медленно приподнималась над землей, пару мгновений качалась в такт невидимым гравитационным волнам, как объяснил Зак, а затем устремлялась вверх, совершала манёвры в воздухе или исчезала.
— Тогда, дядя Зак, пожалуйста, отвезите меня в Москву. К маме…
— Ты что, ку-ку? Москву ещё не придумали, заявляю тебе с полной ответственностью, — ответил Зак, залезая в карман желтой робы за успокоительным леденцом. — Тем более мне начальство не разрешит.
Когда Колька вернулся в Петру, тот стоял и с сосредоточенным выражения лица массировал рукой жесткую шевелюру.
— Я вспомнил! — старательно выговорил Петя, увидев товарища.
— Что вспомнил?
— Здесь был мальчик, имя у него странное было, но мы его «Нян» звали. Он тоже появился неожиданно, как ты.
— Нян, мальчик? И ты, типа, молчал? Ты реально тормоз!
— Сам тормоз! — обиделся Петя.
— Ладно, извини! Зак говорит, что здесь ни самолетов, ни Москвы нет… Я сначала думал, что попал в Африку, представляешь! Но если ты говоришь о мальчике Няне, или как там его, откуда он здесь появился, из Москвы?
— Уже не помню, но у него странная штука с кнопками была — мобильный, вот! — радостно воскликнул Петр.
— Мобильный телефон с кнопками? Такие у нас уже давно никто не покупает, разве что пенсионеры.
— «Пассионеры», кто это?
— Пенсионеры! — поправил товарища Коля. — Это пожилые люди, которые до старости работали где-то, всю жизнь работали. Потом, когда у них возраст наступил, они уже не работают и получают пенсию на карточку или в банке.
По лицу Пети стало понятно, что он не имеет понятия ни о карточках, тем более о банке, в котором пенсионеры пенсию получают.
— Слушай, а этот мальчик Нян где сейчас?
— Пропал куда-то. Мы утром проснулись, а его нет.
— Так-так, — почесал затылок Колька, рассуждая, — если пропал, значит мог убежать.
— Конечно, мог, — согласился Петя.
Уб, работающий на стене нового здания, увидев мальчиков без дела, прокричал им:
— Чоп-чоп, чоп-чоп, ууу!
Коля с Петькой начали подгонять мелкие камни по размеру и склеивали их между собой раствором, который в ведрах приносил рядовой Змак, товарищ Зака. Этот тип, по сравнению с Заком, был молчалив и редко разговаривал с мальчиками. Раствор можно было лить из шланга, но Коля предложил использовать вёдра, так ряды выходили более аккуратными.
Когда рабочий день подошёл к концу, раздался звук трубы и первобытчики быстро собрались в небольшую толпу перед каменоломнями.
— Тумба! — прокричал Уб возбужденно.
— Матумба! — вторили его соплеменники.
— Что это они? — спросил Коля у Пети.
— Они с семьями сегодня встречаются.
— У них есть семьи?
— Пойдем за ними, покажу.
Толпа первобытчиков побежала к краю рощи, где их ждали другие люди с длинными волосами. Подойдя ближе, Колька разглядел, что это женщины и маленькие дети. Некоторые люди плакали — судя по всему, все они были близкими родственниками. Первобытчики держали руки перед собой, словно между ними была преграда. Став на один уровень с ними, Колька тоже вытянул руку и наткнулся на невидимую стену.
— Что это такое, Петя, стекло?
— Не знаю, из чего это сделано, четно говоря, но через эту стену не пройти, я пробовал… Мужчины здесь работают, а женщины и совсем маленькие дети в другом месте живут. В определенное время они встречаются.
— То есть, их разделили? Почему ты мне раньше об этом не говорил? Это обезьяны сделали, зачем?
— Не знаю даже, зачем. Наверное, заставляют их таким образом работать.
— Так с людьми нельзя обращаться, они могли бы вместе жить! — Коля сжал кулаки и злобно посмотрел на зиккурийцев, стоящих поодаль и наблюдающих за встречей первобытных семей.
— Ты прав, — согласился Петя. — Но как мы можем помочь?
— А почему они не убегут, не подымут восстания?
— Восстания, это как? — смутился Петр.
— Восстание — это значит победить обезьян-надсмотрщиков: они должны разрушить стену и со своими родными жить в одной пещере!
— Разрушить? — переспросил Петя с недоверием.
— Именно! Кстати, и мы могли бы заодно убежать, а потом в Москву возвратиться.
— Ты думаешь, это возможно?
— Думаю, да. Короче, нужно план разрабатывать! — Колька принялся массировать себе лоб. — Дддавай исследуем стену, как только стемнеет. Там дверь должна быть, какая же стена без двери?
— Ладно, — согласился Петя нерешительно.
Вечером Коля сидел в пещере на камне и массировал ногу. На работу он ходил по примеру остальных босиком и в набедренной повязке из лиан, так было удобнее. Свою одежду он постирал в ручье с песком вместо мыла. Пятна не исчезли, но одежда стала немного чище. Курточку, брюки, майку и кроссовки Николай надевал только по вечерам, когда становилось прохладно. На стене рядом с его кроватью были нарисованы прямые зачеркнутые линии в виде двух прямоугольных столбцов. Второй столбец был подписан цифрой 85 — по примеру Робинзона Круза Колька считал дни, проведенные в пещере.
— Кстати, — спросил Коля, подойдя к Петру, — когда приступаем?
— К чему приступаем?
— К поискам двери.
