— Вот — Алекс протянул руку и передал Анне папку — ознакомься, это все, что я могу предложить тебе при разделе имущества.
— Саша — выдохнула девушка, это было неожиданно, она и думать забыла о том, что Александр настроен разойтись. — Как же так? Я подумала ты передумал разводиться.
— С чего, Аня? — Взгляд мужа безжалостно бил в самое сердце — мы давно не пара, нас ничего не держит рядом, зачем мучить друг друга?
— Но я не хочу — кровь буйным потоком начала проходить сквозь быстро бьющийся орган — нет.
— Мы же все решили еще полгода назад — Александр непонимающе смотрел на разволновавшуюся будущую бывшую жену. — Был уговор, что как только закончится твое лечение, мы разойдемся. Разве что-то изменилось?
— Все изменилось — выкрикнула Аня. — После нашей совместной ночи, ты ни разу не заговорил об этом, я думала мы продолжим жить одной семьей. — Дрожащие руки прижались к груди, дыхание участилось, нижняя губа оттопырилась.
— Аня — протяжно выдохнул он. — Ну что ты делаешь со мной? — Видеть слезы когда-то любимой женщины просто невыносимо. Мужчина встал из-за стола, подошел к сидевшей в кресле напротив блондинке, и положил свои большие ладони на ее вздрагивающие плечи. — Не нужно расстраиваться. Уедешь к родителям в солнечную Калифорнию, будешь наслаждаться жизнью.
— А я ни хочу — задрав голову, чтобы посмотреть Алексу в глаза выпалила Луговая — ни хочу без тебя. Не нужно мне ни море, ни солнце. Лучше бы я умерла еще тогда, в той экспериментальной клинике.
— Да что ты несешь — Волков начал раздражаться, упрямая женщина, как она не поймет, что как раньше уже не будет. Не может он ласкать ее, зная, что ее касался другой. — Прошу ознакомься с документами.
Алекс пожал плачущей девушке плечи, он, правда, сочувствовал ей, но Анна сама сделала Волкова черствым, и жестоким в отношении женского пола. Отпустил хрупкие плечи из своих пальцев и пошел прочь из кабинета, сейчас он не готов выяснять отношения, он давно поставил точку, а если Анна чего-то не поняла, ее проблемы.
Юля стояла на деревянном, резном крыльце и довольно жмурилась от слепящих лучей весеннего солнышка. Она сбегала из столицы прячась под зонтом от проливного дождя, а здесь, в небольшой деревушке, недалеко от провинциального маленького городка, солнце не скупясь отдавало свое тепло.
Второе утро девушка просыпалась в абсолютном спокойствии, здесь ее не найдут. Ее след обрывался в общаге, никто не мог объяснить куда исчезла Веселова Юлия Валерьевна, а девчонки будут молчать, они ей клятвенно обещали, что не выдадут даже под пытками.
— Юля — окрикнула ее тетя Нина — нужно сходить к бабке Агафье, пусть тебя осмотрит. Когда срок то?
— Двадцатого мая — Юля старалась говорить громко, она нежилась на солнышке, устроившись на верхней ступеньке крылечка, а приютившая ее женщина копошилась в огороде.
— Скоро уже — Нина Даниловна выпрямилась, откинула вырванную лебеду в сторону и, повернувшись к дому заулыбалась, осматривая довольно большой живот гостьи.
Алекс рвал и метал. Пять дней. ЦЕЛЫХ. ПЯТЬ. ГРЕБЕННЫХ ДНЕЙ он не находит себе покоя. Его чуйка буквально выла внутри, цепляла острыми когтями душу, предупреждала что что-то грядет. Алекс подумал, что буря внутри него, жалость к постоянно рыдающей супруге, и вот сейчас понял, что ошибся.
Ровно пять дней назад Алекс созвонился с гинекологом, у Веселовой прошел очередной осмотр. Но врач удивленно щебетала в трубку, объясняя, что Юля забрала все медицинские документы и поехала к своему опекуну. Так он и есть ее опекун и Пончика, черт возьми, здесь нет!
Он тут же набрал декана девчонки и его снова ошарашили новостью — педагогический состав вошел в положение студентки, разрешили ей досрочно закрыть сессию, и ее перевели на третий курс. А также девушка спокойно оформила академический отпуск и забрала все нужные бумаги.
Волков снова вернулся к допросу Вадима, ведь именно он первый поднял тревогу, когда девушка пять дней не выходила из здания общежития. Тот снова повторил все, что знал.
— Конечно первым делом я поговорил с ее соседками, — Вадим не пытался оправдываться, он признал свою вину, и пытался найти ниточки, за которые можно было потянуть, чтобы выйти на след Веселовой. — Даже если знают где Юля, не скажут.
— Черт — выругался в трубку Волк — полицию лучше не привлекать, а то журналисты пронюхают, раздуют из этого сенсацию. Мне шумиха ни к чему.
— Можно, я обращусь к одному знакомому детективу? Мы вдвоем быстрее справимся.
— Валяй — согласился Фортуна, отключился, и зло отбросил гаджет в сторону.
— Ну что, красотка, — бабка Агафья еще раз провела своими длинными тонкими пальцами по животу Веселовой — еще два дня и встретишься с богатырем своим. Не боись — уловив тревогу в глазах посетительницы, старуха ласково улыбнулась, показав свои пожелтевшие зубы — все будет хорошо, я многим деткам помогла появиться на свет, и тяжелые роды тоже принимала. А с тобой проблем не будет.
