Мама не хотела уезжать из Гудауты. Все думали война вот — вот закончится. Но она растянулась на полтора года. А потом пришёл дядя, он плакал, и это не были слёзы радости. Я думал, что кто — то другой умер, а папа жив. Его с кем — то перепутали, ошиблись. В тот день я продолжал ждать, стоя у ворот, пока окончательно не замерз. И на следующий день, и потом ещё долго надеялся, что папа придет, подхватит на руки, подбросит высоко к небу и будет вместе со мной смеяться. Я тогда не понимал, что война изменила не только нашу страну, но и семью. Вместо радости пришла боль, вместо смеха — слёзы.
Мы с братьями делали всё, чтобы заглушить скорбь от потери. Лечились алкоголем, ненужными знакомствами. Много работали, чтобы встать на ноги. Если посмотреть со стороны, мы выглядели счастливыми, а на самом деле просто жили, пытаясь утихомирить боль. Наша семья распалась, и мы ничего не могли с этим поделать. Мы все изменились в тот день и возможно, наши жизни сложились по — другому останься отец в живых.
На камерах ничего не нашли. Пришлось переступить через гордость и позвонить Гураму, его ребята лучшие в стране. Знают всё обо всех. Они подняли на уши всех от Сухума до границы. Ближе к утру результат не заставил себя долго ждать. Появилась зацепка.
Её затолкали в чёрный джип. Машина была зарегистрирована на людей Бесика. Того самого, который имел какие — то делишки с отцом Есении. Его мотивы так до конца и не понятны. Возможно, что — то не поделили с Коломацким и он решил требовать с него выкуп или ещё что — то.
Времени гадать не было. В этот раз я сделаю всё от меня зависящие и не зависящие, чтобы спасти родного человека.
Беру всё оружие, которое есть у меня в доме, и уезжаю в сторону Сухума. Снова идёт дождь, и гремит гром, словно саундтрек моего настроения. После смерти отца я научился отбирать у жизни лучшие любой ценой.
Глава 30
Аслан
Страх заставлял вдавливать педаль газа до упора, рёв мотора заглушает тишину. Адреналин в крови зашкаливал. Сжимаю руль с такой силой, что немеют пальцы. Нужно срочно найти Есению, чтобы спасти.
Ребята Гурама ехали позади, ожидая команды вмешаться в нужный момент. Я знал, они рисковые ребята, при нужном раскладе будут действовать грубо.
Подъезд к частному дому освещали фонари. Нас ждали, можно не прятаться. С ног до головы вооруженные мы вошли через открытые нараспашку ворота. Гурам уверенной походкой, словно у себя дома, шёл впереди. Он кивком указал парням занять позиции во дворе. На крыльце нас стоял Бесик. Я, готовый в любую секунду всадить ему пулю в лоб, молниеносно сократил расстояние, между нами.
— Быстро ты добрался. Видимо, появилась веская причина, — с издёвкой сказал Бесик.
— Что с Есенией?
— Брат, давай сначала обсудим дела, а женщин потом.
— Ты мне не брат, гнида.
— Поосторожней. Это ты не в том положении, чтобы оскорблять меня.
И в подтверждении его слов вышел начальник местного УВД.
— И ты здесь, обратился я к нему, — не удивлен.
Мент усмехнулся.
— Ты подумал куда твоя башка полетит, когда узнают в посольстве о русской заложнице.
— Не узнают, — заулыбался он своей мерзкой улыбкой, — ты же не сказал, да и они ничего здесь не решают, так костюмчики сидящие в офисе. Лучше послушай Бесика и с девочкой всё будет в порядке. Полчаса твоего времени и потом будете вместе пить чай или чем вы там обычно занимаетесь.
Они в голос заржали как гиены.
— А эти, он указал на ребят Гурама, — пусть потусуются за воротами. Давай, давай, Гурамчик, вали на хрен.
— Это ты сейчас свалишься с обрыва, — Гурам стал напирать и схватился за ствол.
— Стой, — я упёрся ладонью в его грудь, — сделай как он говорит.
Он недовольно посмотрел на меня, еле сдерживая ярость.
— Ладно, тебе решать, но я бы всадил пулю в эти две башки.
— Подожди чуть — чуть, узнаю чего хотят, — прошептал я.
Гурам вышел за пределы участка, а я зашел вместе с продажным ментом и Бесиком в дом.
Большинство окон закрыты, где они держат Есению неясно. Скорее всего, в подвале или в складском помещении. Рядом с домом я заметил конюшню, неплохое место для пленницы. Надеюсь, Гурам понял мои слова верно. План состоял в том, чтобы он с парнями осмотрел территорию и нашли Есению, пока я отвлекаю бандитов.
Но что — то пошло не так. Пока меня обыскивали, раздался выстрел. Все всколыхнулись. Бесик схватился за оружие.
— Иди посмотри, а ты стой на месте, — ткнул он меня в грудь.
— Сам иди посмотри, — ответил ему мент.
Похоже у них разлад.
— Ты все затеял, так что сам разбирайся, — настаивал Бесик.
— Нос не задирай, выполняй работу, за которую тебе платят.
— Мне платят за прикрытие, но не за пулю в лоб, — мент выскочил наружу, открыв дверь с ноги.
— Ты прав, ситуация выйдет из-под контроля. Если здесь Гурам, кто — нибудь точно схлопочет пулю, — озвучиваю свои мысли, резко встаю и подхожу к окну.
— Не рыпайся, куда пошёл.
Что происходит на улице мне не видно, свет из дома отсвечивает.
— Слушай, я заплачу в два раза больше. Ты же знаешь у нашей семьи больше денег, чем у тех, кто тебе платит. Просто закончим это балаган, — тяну время, давая больше возможности Гураму.
