— Как скаже. шь, — немного запинаясь.
Я начинаю печь блины, а Алексей достает какие-то бумаги из своей сумки и раскладывает их на столе, приготовившись писать.
— Ты сейчас готова поговорить о случившемся?
— Да, конечно. Что рассказать?
— Давай вначале без протокола все подробно, а потом уже задокументируем.
И я в подробностях рассказываю все и как мы с Димой общались в универе, и про ситуацию с Максом, и про бабушку с лягушками.
Пока рассказываю, Алексей с большим аппетитом уплетает блины, обмакивая их в сгущенке. Документы отодвинул подальше и наслаждается едой. Но слушает меня очень внимательно, задавая уточняющие вопросы.
Не забываю упомянуть про странное поведение парня. Но Алексей предлагает это не указывать. Потому что его могут вместо тюрьмы в психушку отправить. А оттуда уже через несколько месяцев выпустить.
Я вначале сомневалась, но майор убедил, что Дима может быть опасен и для меня и для других, поэтому он должен быть наказан.
— Ты его защищаешь, хотя он явно не шутил и не остановился бы, — поражается Алексей.
— Я не держу на него зла. Знаешь, пережить предательство человека, который тебе безразличен, намного проще. А вот когда боль причиняет любимый, то… оправиться гораздо сложнее.
— Все мы периодически совершаем ошибки. Иногда, нужно уметь прощать. От этого всем становится легче.
— Возможно, — отвечаю задумываясь.
А как я после этого всего отношусь к Максу? Во мне было столько горечи и обиды. А что сейчас?
Как бы там ни было, но я должна признать, что вчера наслаждалась, когда он гладил меня и держал за руку. И хотелось только одного, чтобы не отпускал меня никогда. В его объятиях мне было тепло и спокойно.
В коридоре звенит звонок и слышу звук открывающейся двери с комнаты.
Похоже, Тимоха приехал и парни проснулись. Значит сейчас будем всех кормить.
Макс
Просыпаюсь как обычно рано утром. Сегодня первая ночь за последнее время, когда я наконец-то выспался. Чувствую себя бодрым и готовым к новым свершениям.
Ася понемногу оттаивает. Даже не дерется, когда я ее обнимаю. Держится немного отчужденно, но это дело времени.
Вчера, когда стоял и подслушал ее разговор с Лехой, вновь ощутил себя мудаком, что причинил ей столько боли. Но есть надежда, что Ася и правда меня простила.
Поговорить нам так и не удалось. Слишком много людей собралось. И получился небольшой праздник в честь Аси.
Подъехал Тимоха, девчонки вернулись из универа и мы до позднего вечера отмечали.
Конечно, единственное, что мне хотелось, это утащить Асю к себе и остаться наедине. Нет, никакого интима. Я понимаю, что она получила огромный шок и не стоит сейчас торопиться. Но я готов только гладить и обнимать ее. Пусть это не просто для голодного меня, но ради нее я готов терпеть сколько нужно.
Вчера, на удивление, Ася даже не возмущалась, когда я сел рядом с ней. Когда обнимал и ухаживал за столом. Я старался не наглеть, а просто кайфовать от того, что она рядом.
Дэн, естественно, все время внимательно следил за нами. Но в конце вечера расслабился, понимая, что его сестренка не против моего присутствия.
Ну зато сегодня нам никто не помешает нормально поговорить.
Принимаю душ и не спеша собираюсь. Потому что я планирую приехать, когда Ася будет дома одна, а подружки ее уйдут на учебу.
По дороге заезжаю в цветочный и покупаю букет из орхидей. Надеюсь, не получу ими по морде. От Аси всего можно ожидать.
Паркуюсь у нее во дворе. Сверяюсь с часами. Подружки уже должны быть на парах. Так что нам самое время пообщаться.
Как раз в подъезд заходит бабулька с тяжелыми сумками. Напрашиваюсь ей помочь.
— Вам на какой этаж? — интересуюсь у нее.
— На третий, милок.
— Отлично, мне тоже.
— Ты сумки у двадцать пятой квартиры оставь. А я пока не спеша поднимусь, — машет мне старушка. — Спасибо, сынок.
— Да не за что, — улыбаюсь и тороплюсь наверх.
Оставляю сумки у соседней двери и нажимаю на звонок Асиной квартиры. Сердце учащенно бьется. Столько всего мне нужно ей сказать, а я стою переживаю тут как подросток.
Прислушиваюсь, но за дверью никаких звуков. Может все еще спит? Странно.
Звоню и стучу в дверь, но все так же никакой реакции.
Достаю телефон и набираю Асин номер. Слышно как звонит ее телефон, но трубку никто не берет. Что черт возьми, происходит?
— Ася, ты дома? Открывай!
А то я сейчас, к чертям собачьим, эту дверь вынесу.
— Так девочки на учебе, — поднимается на площадку бабуля, которой я сумки доносил.
— Нет, Ася дома должна быть. Она… приболела.
— Точно. Сегодня в окно видела, что вдвоем девочки пошли. Обычно их трое ходит. Может спит, раз приболела.
Бабульке становится интересно, она забывает, что шла домой и стоит со мной под дверью.
У меня начинается паника. Телефон дома, а Аси нет. Куда она могла деться? Вдруг что-то случилось?
Надо поднимать Леху. Или лучше Дэна, у него по любому есть ключи от квартиры. Надо срочно вскрывать дверь. Или Асиным подружкам звонить. Университет же тут близко.
Пока в голове решаю, кому лучше позвонить, не перестаю колотить в дверь. И вдруг неожиданно щелкает замок.
