Внезапно, её взгляд встретился с чужим. Он был в другой части зала, среди толпы, но глаза его пронзили её насквозь. Это был Логан. Он стоял неподвижно, наблюдая за ней, его взгляд был тёмным, хищным. Моника замерла, чувствуя, как его взгляд проникает в неё, как нож в её грудь.
— Ты не должна быть здесь, Моника, — его голос был тихим, но уверенным. Он был рядом, даже если не двигался. Он был как угроза, которая скрывается в тени.
Моника вздохнула. Кажется, весь её мир стал одной огромной тенью. И все эти люди, её друзья, её жизнь, они были частью чего-то большего. Большего, чем она могла осознать. Могла ли она найти способ вырваться? Или её жизнь уже была предначертана?
— Ты не такой, каким тебя кажут, Логан, — Моника пошла к нему. — Я знаю, что ты и Айрис играете в свою игру. Я не хочу быть частью этого.
Логан улыбнулся, его улыбка была холодной, как лёд.
— Ты не можешь выбрать, Моника. Ты уже в игре. И ты не выберешь, как в ней быть.
Моника отступила. Её тело дрожало, но она не могла ничего сделать. Этот мир, который она знала, уже был её тюрьмой. И не было выхода.
Моника не могла избавиться от ощущения, что её мир крутится вокруг неё как смерч, который разрывает всё на части. Она пыталась найти спокойствие в этом хаосе, но каждый день становился всё более опасным. Логан, Айрис, Диего — все они были частью игры, от которой она не могла убежать.
Моника стояла у зеркала в ванной, глядя на своё отражение. Её лицо было бледным, глаза красными от бессонных ночей. Она видела, как изменилась за последнее время. Она больше не была той девочкой, которая приходила в этот мир с мечтами о будущем. Сейчас она была просто пешкой, которая двигалась по чужим правилам.
Внезапно в дверь постучали. Это был Николас — её брат. Моника закрыла глаза, стараясь скрыть свою боль. Она не могла позволить ему видеть её слабость.
— Моника, ты в порядке? — его голос был напряжённым, но в нём чувствовалась забота. Он был её братом, и несмотря на всё, что происходило в их жизни, он всегда был рядом. Но вот его слова — они уже не приносили ей утешения. Всё, что он говорил, было пустым.
— Всё нормально, Николас, — ответила она, поворачиваясь к двери. — Я просто устала.
Он вошёл, взглянув на неё с беспокойством. Николас был высоким, с тёмными волосами и серьёзным выражением лица. Он всегда был её защитой, но теперь она не была уверена в том, что он сможет её спасти. Он слишком близко был связан с этим миром, чтобы помочь ей выбраться.
— Ты не должна врать мне, — сказал он, подойдя ближе. — Ты можешь мне довериться. Я знаю, что происходит.
Моника молча покачала головой. Она не могла рассказать ему, что её жизнь превратилась в ад. Она не могла говорить о том, как ей больно, как она чувствовала себя растёрзанной между двумя мирами. Но Николас не сдавался.
— Ты не можешь скрывать это в себе, Моника. Я знаю, что ты что-то скрываешь. Ты не можешь так продолжать.
Она почувствовала, как внутри неё что-то ломается. Слова, которые она не могла сказать, начали выплёскиваться. Вся боль, которую она держала внутри, вырвалась наружу.
— Я не знаю, что делать, Николас! — её голос сорвался, она не могла остановить слёзы. — Я не могу больше жить так. Я не могу быть частью этой игры, этой грязной игры, и я не знаю, как вырваться.
Николас был тихим, его глаза изучали её, и он молчал. Он видел её страдания, но был бессилен. Он был частью этого мира, а она была слишком глубоко в него втянута. Но он был её братом, и несмотря на всё, он не мог оставить её в беде.
— Ты не одна, — сказал он, подойдя и кладя руку на её плечо. — Я всегда буду рядом, даже если ты не понимаешь этого сейчас.
Моника посмотрела ему в глаза, но она не могла почувствовать утешения. Его слова звучали пусто, как и весь её мир.
Вечером, в клубе, атмосфера была не менее напряжённой. Айрис с Логаном снова нашли её, и в их глазах читалась странная настороженность. Она не могла понять, что происходило, но их взгляды были явно не так дружелюбны, как раньше.
Айрис, с её безупречным внешним видом и холодной улыбкой, подошла ближе.
— Ты сегодня не выглядишь как обычно, — сказала она, в её голосе скользила лёгкая насмешка. — Что случилось?
Моника молча откинула волосы и, почувствовав на себе взгляд Логана, посмотрела ему в глаза. Его выражение было равнодушным, но в нём было нечто зловещее, что она не могла игнорировать.
— Ничего, — ответила она, стараясь сохранить спокойствие. — Всё нормально.
Но Айрис не отступала.
— Ты не можешь скрыть это от нас, Моника, — её голос стал серьёзным. — Мы знаем, что происходит. Ты с ним, с Диего, не так ли?
Моника чувствовала, как её сердце бьётся быстрее. Айрис и Логан знали, но она не могла признаться в этом. Не могла сказать им, что её жизнь теперь была полностью под контролем Диего.
— Что ты хочешь от меня? — Моника смотрела на Айрис, но её взгляд был холодным, почти безжизненным. — Мы все здесь в игре, и я больше не могу быть её частью.
Айрис улыбнулась, но это была не тёплая улыбка.