Когда я посмотрел наверх, наши глаза встретились. Я поднял свой стакан молока и сделал большой глоток. Ее щеки вспыхнули.
— Возможно, неделя или две, может меньше. — Я внимательно посмотрел на неё, проверяя свечение. — Он уже начинает исчезать.
— И как я выгляжу? Как гигантская лампочка или что-то вроде того?
Я засмеялся, потому что сходства действительно были.
— Твое тело окружает мягкое свечение, словно ореол.
— О, ну тогда, это не так уж и плохо. Ты закончил? — Когда я кивнул, она взяла мою тарелку и встала, чем немало удивила меня. Она подошла к раковине, ставя туда тарелку. — По крайней мере, я не выгляжу, как Рождественская елка.
Я проследовал за ней, наклонив голову к ее уху, когда заговорил.
— Ты выглядишь как звезда на верхушке этой елки.
Кэт резко вдохнула и развернулась, широко распахнув глаза. Конечно же, она не слышала, как я подошел. Она откинулась назад, вцепившись в края столешницы, находящейся позади нее.
— Ненавижу, когда ты проделываешь этот инопланетный суперскоростной трюк.
Когда я посмотрел на нее, то улыбнулся. На ее щеках снова был этот милый румянец. Не нужно быть гением, чтобы понять, что наша близость действовала на нее, и не в плохом смысле.
— Котенок, во что мы ввязываемся?
Ее глаза забегали по моему лицу и тут она выпалила:
— Почему бы тебе не сдать меня Министерству Обороны?
Застигнутый врасплох, я сделал шаг назад.
— Что?
— Разве твоя жизнь не стала бы гораздо проще, если бы ты сдал меня МО? Тогда тебе бы не пришлось беспокоиться ни о Ди, ни обо всем остальном.
Черт, это был хороший вопрос. Который я задавал себе снова и снова. Вопрос, который, как я знал, задал бы каждый, кто обнаружил, что Кэт известно о нас.
— Я не знаю, Котенок.
— Ты не знаешь? — спросила она. — Ты рискуешь всем и не знаешь зачем?
Раздражение стало покалывать мою кожу.
— Именно это я и сказал.
То, как её глаза расширились, явно выразило недоверие, которое она испытывала. У меня не было достаточно хороших причин, чтобы не сдать её. МО бы вознаградило меня, и как бы я ненавидел это признавать, но если бы МО было довольно нами, то это бы пошло всем нам на пользу. Должна же быть какая-то причина, и я…
Я оборвал свои размышления. Этот разговор приведет нас к чему-то намного более серьезному. У меня не было времени на это.
Наклонившись, я положил руки на столешницу по обе стороны от ее бедер и опустил подбородок.
— Ладно. Я знаю, почему.
У нее перехватило дыхание.
— Ты знаешь?
Я кивнул.
— Ты бы не выжила без нас ни единого дня.
— Ты не знаешь этого.
— О, я знаю. — Я наклонил голову набок, и в то время как дразнил ее, я также говорил правду о том, что произойдет с ней, если она попадет в руки МО. — Ты знаешь, со сколькими Арумами я сталкивался? С сотнями. Бывали случаи, когда я еле уносил ноги. У человека нет шансов против них или МО.
— Прекрасно. Как знаешь. Ты можешь отодвинуться?
Я усмехнулся.
И остатки терпения Кэт быстро развеялись. Она положила руки на мою грудь и толкнула меня — сильно толкнула. Я и с места не сдвинулся. Моя ухмылка превратилась в улыбку.
— Козел, — пробормотала она.
Она заставила меня рассмеяться. Я действительно должен был освободить ей дорогу, но ее было так весело дразнить, и я давно так много не смеялся. Думаю, в глубине души она это понимала.
— У тебя такой дерзкий рот, — сказал я ей. — И ты целуешь парней этой штукой?
Ее щеки приобрели ярко красный оттенок.
— А ты целуешь своим Эш?
— Эш? — Моя улыбка испарилась. — Ты бы хотела об этом узнать, не так ли?
Кэт ухмыльнулась.
— Нет, спасибо.
Я ни на секунду ей не поверил. Я наклонился так, что лишь несколько дюймов разделяли нас. Аромат персиков и ванили окружил меня.
— Ты не умеешь лгать, Котенок. Всякий раз, когда ты это делаешь, твои щеки краснеют.
Мой мозг выключился, когда ее щеки покраснели еще сильнее. Прежде чем я осознал это, моя ладонь обернулась вокруг её руки. Я не сжимал ее. Нет. Я просто держал, и её кожа была теплой под моей. Я поднял глаза к её, и уже не мог отвести взгляд.
Энергия растеклась по моему телу, заставляя кожу гудеть. Напряжение практически потрескивало в окружавшем нас воздухе, и черт, это было сложно игнорировать.
Часть меня даже не хотела это игнорировать.
— У меня есть странная идея, что мне все-таки стоит это попробовать.
Ее взгляд опустился на мой рот.
— Попробовать что?
— Думаю, ты бы хотела это узнать. — Мои ладони прошлись вверх по её рукам, я проглотил стон, когда почувствовал ее дрожь. Я остановил руки на ее затылке, под тяжелой завесой волос. При кухонном освещении ее волосы выглядели темно-русыми, но я знал, что на солнце они приобрели бы тёмно-рыжий отлив. — У тебя красивые волосы.
— Что?
Да, эта мысль появилось из ниоткуда. Странно.
— Ничего. — Мои пальцы медленно двигались вдоль прядей её волос, и, черт, они были такими мягкими, как я себе и представлял. И да, до этого момента я представлял себе, какими они могут быть на ощупь. Ноющее чувство заполнило меня.
Когда мои глаза снова направились вниз, я увидел, что ее розовые губы были разомкнуты. Она выглядела так, будто ждала… поцелуя, и Боже, она была…
Черт. Кэт… она была прекрасной.
