— Все это детали, — сказал Тейнер. — Меня в гораздо большей степени интересует другой вопрос: кто этот таинственный незнакомец? Каким образом он смог проникнуть в Сферу?
— И каким образом смог улизнуть из ниши в Доме духовных исканий? — добавил еще один вопрос Хук. — Я не видел, чтобы из нее кто-то выходил.
— Быть может, это невидимка?
— Или кто-то очень маленький?
— А может быть, тебя, Игорь, провели с помощью автоматики? Ты же сам говорил, что это было похоже на процесс работы логической машины.
— Нет, — уверенно мотнул головой Стинов. — Я абсолютно уверен, что общался с живым существом. Но о том, как оно выглядит, не имею не малейшего представления.
— А ты что молчишь? — покосился на Кашина Хук.
— А что я могу сказать? — невинно улыбнувшись, развел руками представитель корпорации. — Вы склонны предполагать, что заодно с вариантами в Сфере вывели еще и новую расу людей?
— Почему он сам не помог девушке, если знал, где она находится? — спросил у Стинова Волков.
— Возможно, он не знал, как это сделать, — пожал плечами Стинов. — Гораздо интереснее другой вопрос — каким образом ей удалось уцелеть в секторе, который был заполнен вариантами? Допустим, она успела вовремя спрятаться. Но нам прекрасно известно, что в активном состоянии варианты способны чувствовать присутствие живых существ на значительном расстоянии. Как мне кажется, выломать дверь, которую Хук выбил с одного удара, и для вариантов не составило бы большого труда.
— И что же ты думаешь?
— Мне кажется, что вариантов не подпустил к девушке наш таинственный незнакомец. Точно так же, как он не дал им прикончить меня в лаборатории.
— Но почему в таком случае он спас только ее одну?
— Я могу только строить предположения на этот счет, — сказал Стинов. — Должно быть, так же как и во мне, он нашел в ней нечто родственное. Если в моем случае это был способ мышления, то в случае с Надей таким опознавательным знаком стала скорее всего некая составляющая того эмоционального состояния, в котором пребывала девушка, оказавшись в полном одиночестве. Дело в том, что существо, с которым я общался, тоже безмерно страдает от одиночества.
— Все это сильно отдает какой-то низкопробной мистикой, — с разочарованным видом поджал губы Латимер. — Одинокий невидимый призрак, бродящий по Сфере в поисках того, кто даст его душе успокоение.
— А в самом деле, — сдвинув брови к переносице, посмотрел на Стинова Тейнер. — Если это твое существо не призрак, то каким образом ему удается защищаться от вариантов?
— На этот вопрос у меня ответа нет, — покачал головой Стинов.
Стинова разбудил пронзительный крик. Мгновенно проснувшись, он понял, что это был не сон. Схватив лежавшую рядом винтовку, Стинов вскочил на ноги и, едва не столкнувшись в дверях с Латимером, выбежал в зал, откуда и раздавался крик.
— Все в порядке, — вскинув руки, успокоил их уже находившийся в зале Хук. — Это Надя. Ей приснился кошмар.
Латимер облегченно вздохнул и опустил винтовку.
Стинов посмотрел на часы. Было семь часов утра. Решив, что снова ложиться спать уже не стоит, он отправился в душ.
Через несколько минут к нему присоединились Тейнер и Латимер.
К тому времени, когда они вышли из душа, Хук и Осато уже приготовили завтрак.
Импровизированный стол накрыли в комнате, где находился Вельт, чтобы не оставлять раненого в одиночестве. Благодаря обезболивающим средствам, которые регулярно давал ему Волков, раненый чувствовал себя совсем неплохо. Он сидел на низком топчане, вытянув ногу, коленный сустав которой был плотно перебинтован и неподвижно зафиксирован с помощью двух пластиковых колец, соединенных жесткими перемычками.
Несмотря на ужасные видения, не оставлявшие ее в покое всю ночь, Надя поднялась вместе со всеми. Приняв душ, она привела в порядок себя и свою одежду и выглядела вполне оправившейся после пережитого кошмара. В окружении сильных, уверенных в себе мужчин она чувствовала себя спокойно и уверенно. Казалось, она полностью вернулась в реальность. И только в глубине ее карих глаз все еще можно было заметить тусклый, как старое, покрывшееся патиной серебро, отблеск затаившегося страха.
Представив девушке тех членов группы, с которыми она не успела познакомиться накануне, Тейнер осторожно поинтересовался, в состоянии ли она вспомнить и рассказать о том, что произошло. Ничего не ответив, Надя опустила взгляд. Указательный палец ее левой руки медленно двигался по углублениям в подлокотнике кресла, в котором она сидела. Так продолжалось в течение нескольких минут. Все с тревогой смотрели на девушку, которая, казалось, впала в состояние прострации. А Тейнер в душе уже ругал себя за то, что поторопился с вопросом, который, спровоцировав волну воспоминаний, снова вернул девушку в прошлое, о котором она пыталась забыть.
Неожиданно девушка резко вскинула голову. Глаза ее были широко открыты.
— Я готова, — отчетливо произнесла она.
— Ты уверена? — все еще беспокоясь за состояние психики девушки, спросил Волков. — Мы можем поговорить об этом позже.
