Парень моей лучшей подруги – мерзавец, каких ещё поискать. Я нарадоваться не могла, когда он навсегда покинул город. Увы, его «навсегда» продлилось всего три года. Он снова здесь. И он совсем не изменился. Такой же красивый, уверенный, неповторимый и… насквозь гнилой. Проблема лишь в том, что меня теперь к нему почему-то очень сильно тянет.
– Рони, вставай! Ты проспала!
Это не самые лучшие слова, с которых может начаться новый день, но именно они безжалостно вырывают меня из глубокого сна.
– Нет, мам. Не проспала. Будильник ещё не прозвенел, – сонно мычу я и скрываюсь от всего мира под одеялом.
– Да? Тогда почему Алана с шофёром уже ждут тебя возле входа, а ты всё ещё валяешься в постели?
Что?!
Не может быть!
Я вылетаю из кровати, как пробка из бутылки шампанского. Аж в глазах начинает рябить от стремительно скачка. Хватаю телефон с полки, смотрю на время и чертыхаюсь!
Я же пять будильников вчера поставила, чтобы проснуться наверняка. И всё равно умудрилась облажаться.
В этом вся я!
Поспать я люблю, что уж там скрывать. А вот носиться сломя голову в первые минуты после пробуждения – терпеть ненавижу. Но именно так зачастую и проходит моё утро.
Душ за две минуты, чистка зубов за одну. К чёрту сушку волос – по пути до универа сами высохнуть успеют. Второпях натягиваю одежду, брызгаю капельку любимых духов, наношу тушь на ресницы и подкрашиваю бледные губы.
Короткий взгляд в зеркало. Оборот вокруг своей оси. Видок не идеальный, но и не полный отстой. Сойдёт!
– Держи! Я быстро сделала пару сэндвичей. По пути хоть поешь, – мама встречает меня в коридоре, вручая пакет с завтраком, и я забрасываю его в сумку.
– Спасибо, но не стоило. Спать бы лучше шла, – шустро справляюсь с застёжкой на туфлях, глядя на усталое лицо мамы.
– У меня весь день для этого есть.
– Тяжелая ночка?
– Как всегда.
– Я когда-нибудь уговорю тебя уйти из клиники?
– А я уговорю тебя прекратить писать свои порнокнижечки?
– Я пишу не порно, мама, а романтическую эротику. Сколько можно тебе повторять?
– Ага. Читала я твою эротику. Глаза из орбит вылезали. До сих пор не верю, что это моя дочь пишет подобное. – Её щёки сильно краснеют.
– Тогда не читай их, раз они тебя настолько повергают в шок. Писать я их не прекращу. Мне же нужно как-то зарабатывать, пока универ не закончу. В отличие от тебя, у меня нет щедрого спонсора.
– Спонсор, как ты выразилась, вообще-то твой родной отец. И могла бы уже прекратить упрямиться и принять от него помощь. Он очень скучает по тебе, – мама смягчает голос до предела.
Она всегда так делает, когда речь заходит о папе.
– Пусть скучает дальше! – помрачнев, отрезаю я.
– Рони, ну нельзя же так!
– А так, как он поступил, можно?
– Я его уже давно простила. И тебе нужно сделать то же. Как-никак, тебя он ничем не обижал.
– Прошу, замяли тему.
– Ладно. Но только потому, что ты опаздываешь. Беги, – поцеловав меня на прощание, мама, к счастью, легко соглашается свернуть неприятную беседу.
И большое ей спасибо за это. Не хочется портить себе настроение с самого утра. Мне и так сейчас Лана весь мозг проест.
Она не выносит, когда я опаздываю. А я это делаю… эм… всегда. К тому же из-за её поездки в Париж мы не виделись аж целый месяц. А для нас это целая вечность, поэтому вместо радостного приветствия подруга точно устроит мне вселенскую взбучку.
Однако, к моему удивлению, когда я выбегаю из дома, Алана не то что не злится, а даже не замечает моего появления.
Прислонившись спиной к машине, она сверлит взглядом экран смартфона и улыбается так по-идиотски, что тут даже к гадалке ходить не надо, чтобы понять – она переписывается с очередной «любовью всей её жизни», что меняются быстрее, чем дни в календаре.
Нет, она не шлюха, как считают некоторые завистницы в универе, а просто очень влюбчивая и эмоциональная. И этот факт, само собой, постоянно усложняет ей повседневность. А однажды чуть было не разрушил нашу дружбу. К счастью, мы сумели разрешить наш бурный конфликт сразу же, как только его причина свалила из города.
– Алло! Земля вызывает, мисс Браун! – насмешливо произношу я.
Алана вздрагивает от неожиданности, выбираясь из романтичного чата в WhatsApp, и радостно восклицает:
– Рони! Как я соскучилась!
Она резко набрасывается на меня с объятиями, я даже сумку роняю от её напора.
– Правда? А сразу и не скажешь. С кем ты там так самозабвенно переписываешься? Ты же только вчера прилетела. Неужели успела уже с кем-то познакомиться по пути из аэропорта?
– Я тебя умоляю. Единственное, что я вчера успела, – это рухнуть в кровать и отключиться. Девять часов полёта выжали из меня все соки.
– Ты что, летела экономклассом?
– С ума сошла? Нет конечно. Просто от времени, проведённого в Париже, я осталась под таким впечатлением, что никак не могла заснуть. Эмоции меня так и распирали!
– И кто на сей раз тому причина? – усмехнувшись, закатываю глаза.
– Он, – подруга окрылённо вздыхает, точно диснеевская принцесса, мечтающая о своём ненаглядном рыцаре на белом коне, а затем показывает заставку на своём айфоне.
С экрана на меня смотрит смазливый брюнет, которого Алана крепко обнимает и целует в щёку.
– Я так понимаю, меня ожидает долгий рассказ о «том самом?» – повторно закатываю глаза.
– Не говори об этом с таким скептицизмом. На сей раз он точно «тот самый».
– Ты всегда так говоришь.
