– Может быть, наш господин людоед и откармливает нас? – как-то заикнулся Ушшум-Анна. – У некоторых племен в Су-бир принято съедать пленных или вождей.
– Я никогда не слышала, что люди рошшоти едят человечину.
– Но он не рошшоти, он кажется хуррит! – возразил Ушшум-Анна. – А среди некоторых племен хурритов не редко встречаются людоеды или еще хуже поедающие мертвых…
– Мы три столетия поклоняемся ануннаку Инанне, – сказала Нунмашда. – А наш господин жил с ней под одной крышей. Богиня не допустила бы к себе человека, так осквернившего себя. Разве Инанна требует человеческих жертв?
– Нет, я такого не слышал, – смутился Ушшум-Анна.
– Он добрый! – не выдержала Нисаба.
– Он спит с тобой, сестра! – глухо сказал Ушшум-Анна.
– Да! Он – мой господин. Я выполняю его волю. Но он никогда не сделал мне больно! Мне хорошо с ним! Почему, брат, ты так плохо о нем думаешь? Он не дал тебе в руки деревянной лопаты, не дал тебе в руки плетеной корзины, ты не носишь в ней землю, не роешь каналы. Ты носишь чистую одежду, ты забыл, что такое голод, ты ешь каждый вечер досыта. Ты забыл то время, когда не знал, где взять еды на ужин! Не говори так никогда больше, не обвиняй посланника Инанны!
– Не буду! – выслушав справедливые упреки сестры, сдался Ушшум-Анна.
– В тот день, когда всех наделяли долей, на мою долю выпало страдание.
– Энмешарра услышал твою мольбу! – произнес отчетливо Георгий.
– Я всего лишь молился, – произнес он. – Энмешарра не слышит моих молитв.
– Он услышал ее, и я передаю тебе его ответ. Слушай: "Не пройдет и двух шарехов, как таблица твоей судьбы изменится в лучшую сторону".
– Господин, ты слышишь голос бога? – изумился Ушшум-Анна.
– Нет. Но ануннаки многому научили меня. Собери все свои силы, наберись терпения, и твоя просьба очень скоро будет исполнена…
-Хе-ам ! – произнес молодой шумер.
А на следующий день во двор к Георгию пришли все десять тинийцев и две тинийки, вернувшиеся из Ура. Они попросили воды для омовения, еды и отдыха. Целый день и еще полдня Георгий потратил на разговоры и пиры с кейторами. Он был откровенно рад их приезду. Его дом был единственным в Унуге, который посетило воинство ануннаков. Тинийцы отсыпались и отъедались. Они вели себя в доме Георгия свободно, но не трогали и не задевали бывших хозяев. Тинийки даже подарили Нисабе бусы, румяна и пудру. Ашшум-Анна незаметно издали оценивающе изучал тиниек и поражался их гармоничной красоте. Зато Нидаба, как девушка, тинийцев не интересовала абсолютно.
– Почему ты не вышла замуж? – спросил Нисабу Георгий через день после приезда тинийцев. – Ты почему молчишь?
– У меня нет жениха, и скорее всего уже никогда не будет. Я никому не нужна…
– Почему?
