Дальше Марта будто попала в кино, только пока не поняла, в каком жанре. Вроде как мистическое. Ее попросили сесть на один из этих пафосных стульев, положить руку на край стола и закрыть глаза. Выполнив нехитрые действия, девушка почувствовала, как предплечье перетягивает жгут. Крайне неприятное ощущение, знакомое ей по взятию анализов крови в поликлинике. Хотелось посмотреть, что происходит, но она же решила идти до конца, так что нарушать правила нельзя.
В кожу впилась игла, кажется очень толстая. Как бревно примерно! Ох, если бы она знала, что кровь будут брать, может и послушалась Яну. Этой процедуры Марта с детства боялась. А что, есть те, кому такое нравится? Через некоторое время, показавшееся ей бесконечностью, иглу вытащили, на ранку положили ватку со спиртом, а руку согнули в локте.
– Теперь можно глаза открывать? – дисциплинированно спросила девушка.
– Вполне.
Реальность вокруг не изменилась, но перед Мартой теперь стояло большое мрачное зеркало. После небольшого инструктажа ей велели в него смотреть и дышать по команде, чтобы войти в нужное состояние сознания. Пять голосов исполняли что-то ритуальное. Красиво и жутко.
Марта выполняла все инструкции, дышала и смотрела в глаза своему отражению. И вдруг стекло словно начало растворяться, погружая ее в объемное пространство. Может, ей что-то вкололи, пока кровь брали? Девушка почувствовала, как улетает внутрь зеркала. Точнее, дыры, портала, в который оно превратилось. Ей хотелось схватиться за раму, чтобы не упасть в непонятное нечто. Но руки не двигались.
Легкие заполнились едким туманом. Она огляделась. Да тут ничего нет! А что, собственно, должно происходить? Маг, жрец или кто он там, говорил, что они помогут стереть болезненные воспоминания или даже переписать их. Но ведь история, что она им рассказала, фейковая. И в какие закоулки своей памяти она должна теперь попасть?
Марта брела в тумане, чувствуя себя ежиком из мультфильма. Вот оно, шаблонное мышление. Выбраться бы отсюда скорее. И тут она услышала то ли скрип, то ли шелест. Нет, это голос! Он пробивался через отголоски песнопений жрецов.
– Уходи! Тебе сюда нельзя!
Марта вздрогнула, ей было очень страшно. А потом услышала, как то-то громко зовет ее по имени. И трясет при этом. Глаза почему-то вновь были закрыты, как она на себя в зеркало смотрела, интересно?
– Ты нас напугала, не представляешь как!
Трясла ее, оказывается, Яна, и они с ней находились в машине Арсения.
– Как я здесь оказалась? И который нынче час? И вообще день?
Марта медленно приходила в себя.
– Мы тебя в метро подобрали, – сказал Арсений. – Ты не вышла на той станции, где мы договорились. Яна спустилась вниз. Нашла тебя как-то.
– По энергетическому следу, вообще-то, – вставила экстрасенс, – зашла в вагон, в котором ты ехала. И не одна, с сопровождающими. Двое мужчин, один справа, другой слева. Выглядело все так, словно вы не вместе, но я заметила, что они за тобой следят.
– Погоди, то есть я сама ехала в метро, сидела, стояла, ходила и все такое? – не поняла Марта.
– Именно. И у тебя даже глаза открыты были. Я подождала, когда ты поднимешься, пойдешь к выходу, эти двое за тобой, естественно. Вы вышли, двери начали закрываться и я тебя затянула обратно, они не успели отреагировать. Мы проехали остановку, я тебя вытащила из поезда. Ты за мной очень спокойно при этом пошла. А дальше выбрались на улицу, я позвонила Арсению, он приехал минут через десять. И мы начали тебя реанимировать.
– Погоди, а пока мы машину ждали, я чем занималась? – Марта была обескуражена, потому как ничего не помнила.
– Стояла, уставившись в одну точку. Ну как, много тебе узнать-то удалось?
– Не уверена, – задумчиво проронила журналистка. – Надо все это обсудить и осмыслить.
– Все ли у вас хорошо? – сидевший напротив Алёны жрец, естественно, с закрытым лицом, говорил вкрадчиво и вроде бы как доброжелательно.
– Да, вполне, – ей не особенно интересен был этот разговор, поскольку начало истории она помнила уже не очень хорошо. – Вы хотите, чтобы я снова приняла участие в одном из ваших ритуалов? Меня они тревожат.
– Отчего же?
Интересно, он правда не понимает, или прикидывается?
– Я после каждого из них словно теряю часть жизни. Перестаю что-то помнить, остаются только какие-то отголоски событий. И потом, я даже не знаю, как оказываюсь дома. А вдруг со мной что-то по дороге происходит?
– Насчет этого можете не беспокоиться, – собеседник мягко рассмеялся. Хотя, что могло быть в словах Алёны смешного? Вот же весельчак какой.
– Да, под воздействием наших техник сознание изменяется, на время человек выпадает из реальности и не помнит пару часов. Но при этом вы прекрасно возвращаетесь домой. Сами, никто не довозит ваше бездыханное тело и не грузит его в квартиру. Но признаюсь, наши сопровождающие находятся неподалеку.
– Для чего?
