Вроде бы такая мелочь, но греет душу. Демьян вообще относился ко мне очень хорошо. Он всегда интересовался моим самочувствием, следил за тем, чтобы я сбалансированно питалась, переживал так, как никто до этого... Если не считать Баб Вику и Илью.
Но это совсем иначе воспринимается. Мне очень приятно, что Власов обо мне заботится, принимает мои заморочки и... Ценит. Как девушку. Как свою вторую половинку. Именно так я это ощущаю.
Но... Где-то внутри меня сидит та Марианна, которая кричит, чтобы я не велась на заботу и ласку, не принимала её, ведь потом будет больно. Я все еще жду удара и боюсь оказаться в тюрьме, в которой прожила шестнадцать лет.
И я не знаю, что со мной станет, когда мужчина охладеет и предложит прервать наши отношения. Мне страшно об этом думать.
Он стал моим якорем и моей погибелью.
С этими мыслями я добралась до своей квартиры и принялась наводить порядок, предварительно ответив всем, кто писал сообщения и звонил за вчерашний день.
За неделю моего отсутствия накопилось достаточное количество пыли, которую следовало убрать. Уборка помогла отвлечься от тревожных мыслей и настроиться на долгожданную встречу.
Покончив с домашними делами, я приняла душ и принялась неспеша приводить себя в порядок: слегка подкрутила волосы утюжком, придав им небрежный вид, сделала макияж и надела свой любимый красный сарафан на запах. Его я покупала несколько лет назад, когда искала платье по случаю юбилея Баб Вики. Платье на праздник не нашла, но зато влюбилась в это произведение искусства из легкой льяной ткани.
Когда я сидела на кухне и разбирала рабочую почту, начал настойчиво звонить телефон. Кто бы сомневался, что на экране высветится "Власов".
- Ты еще не выехала? - он до неприличия строг, словно обсуждает какой-то деловой проект.
- Нет.
- Хорошо. Жди. - и сбрасывает.
В смысле "жди"? Он что, решил вместе со мной поехать в аэропорт? Совсем рехнулся?
Пытаюсь дозвониться до начальника, но он не берет трубку. Вот так всегда! Когда ему что-то требуется, попробуй не ответить, убьёт на месте, а сам...
Я не планировала знакомить семью и Власова. Я вообще не представляю, как будут развиваться наши отношения дальше.
Долгие минуты ожидания кажутся часами. И, когда я наконец увидела на дисплее звонок от начальника, то не отвечая ринулась к выходу из квартиры.
Мужчина стоит облокотившись на бампер своей машины и пристально меня рассматривает. На нем были темные джинсы и белая хлопковая рубашка, с расстегнутыми верхними пуговицами. Я впервые вижу его в повседневной одежде, без строгих костюмов и пиджаков.
Сегодня он какой-то другой. Дело даже не в том, как он одет, а в его взгляде... Что-то изменилось. Но хорошо это или все-таки плохо?
- Доброе утро.
Я останавливаюсь около Демьяна и начинаю рассматривать его. Что произошло этой ночью?
- Ты сбежала, Анюта, посреди ночи из моего дома? - он притягивает меня к себе и целует.
- Я всего лишь вернулась домой. - обхватываю его лицо ладонями и вглядываюсь в глаза. - Что-то случилось? Что-то плохое, да? - он заметно напрягается и сжимает меня в своих объятиях.
- Это работа, милая, всегда что случается. - целует меня в лоб и отстраняется.
Ладно, не хочет рассказывать, значит не надо. До аэропорта мы добирались в полной тишине. В воздухе явно ощущалось исходящее от мужчины напряжение. А я с ума сходила от накатывающей тревоги и не могла понять причины её возникновения.
Кому я рассказываю... Я прекрасно все понимаю.
- Зачем ты вообще поехал со мной? - спросила, высматривая знакомые силуэты в толпе.
- Захотелось познакомиться с той, кто растил тебя. - самодовольно усмехается и подмигивает.
- Захотелось ему... - тихо бормочу себе под нос. - Слушай, я не говорила Баб Вике о тебе. - снисходительно кивает. - Её зовут Виктория Степановна, а... - я не успеваю закончить фразу, как слышу оглушающий крик:
- Мама! - я оборачиваюсь, и вижу тёмную макушку, которая несется в мою сторону, минуя толпы людей. - Мама! - на девочке голубой джинсовый комбинезон с шортиками и белая футболка.
- Злата, не беги, упадёшь ведь! - выдергиваю руку из крепкого мужского захвата и подхватываю дочь на руки, тут же охая от веса ребенка. - Кто-то хорошо кушал на отдыхе, да?
Я смотрю в голубые глаза, такие же, как у меня, и не верю своему счастью. Она уже такая большая... Каждый раз, когда Златка возвращается из лагеря или какой-либо другой поездки, мне кажется, что я не видела её целую вечность, хотя прошло всего несколько недель.
Именно после прихода моей малышки в этот мир, я осознала, насколько прежняя жизнь была... Удручающей. Ненавистной.
- А Вика на тебя злится, - шепотом произносит Злата и обхватывает моё лицо маленькими ладошками. - Она тебя кошкой дранной назвала, когда думала, что я сплю. - заговорчески произносит и целует меня в нос.
- Ооо... - Златка в таком возрасте, что впитывает все услышанное как губка. - Ты помнишь, что тебе нельзя ругаться, даже если это делает бабушка? - пытаюсь вразумить ребёнка. Она понятливо кивает и обращает внимание на стоящего рядом Власова.
