– Хорошо. У меня заседание. Вам пора идти, а мне браться за работу.
Райдер забрала бумаги, и детективы, еще раз поблагодарив судью, двинулись к выходу. Босх уже закрывал за собой дверь, когда Демчак окликнула его:
– Детектив Босх?
Он повернулся и посмотрел на нее:
– Да, ваша честь?
– Вы увидели фотографию, да? Фотографию моей дочери. Вы увидели ее и догадались, что у меня только один ребенок.
Немного помолчав, он кивнул.
– У меня тоже есть дочь. Я знаю, что это такое.
Секунду или две она молча смотрела на него.
– Теперь можете идти.
Босх еще раз кивнул и вышел из кабинета вслед за Райдер.
Они не разговаривали, пока не вышли из здания суда, как будто опасаясь спугнуть удачу, как будто даже одно произнесенное слово могло эхом пролететь по коридорам, достичь ушей судьи Демчак и заставить ее передумать. Теперь, получив подписанные ордера, напарники спешили как можно скорее оказаться на улице.
Ступив наконец на тротуар, Босх повернулся, окинул взглядом монолитное, напоминающее крепость здание и с улыбкой посмотрел на Райдер.
– Легко отделались, а?
Она тоже улыбнулась и согласно кивнула.
– Ты ее зацепил. Хотя до красной линии оставалось всего полшага. В какой-то момент я было подумала, что тебе конец и надо бежать и вносить залог.
Они повернули к Паркер-центру. Босх достал телефон.
– Да, согласен, могло быть и хуже. Но мы получили то, что надо. Ты вроде бы собиралась поговорить с Альбертом? Пусть назначает совещание.
– Поговорю. Просто хотела подождать, пока решится вопрос с ордерами.
Проверив входящие, Босх увидел, что пропустил один звонок и получил сообщение. Номер был ему не знаком, но, судя по коду, 818, звонили из Долины. Он включил голосовое сообщение и услышал то, что предпочел бы не слышать.
– Детектив Босх, это Маккензи Уорд из «Дейли ньюс». Мне необходимо как можно скорее поговорить с вами о Роланде Маккее. Срочно и обязательно. Если вы не перезвоните, боюсь, придется задержать репортаж. Жду.
– Вот же дерьмо! – пробормотал Босх, удаляя сообщение.
– Что случилось? – встревожилась Райдер.
– Репортер из «Ньюс». Я же предупреждал Мюриель, просил не упоминать имя Маккея, но, похоже, она все-таки проболталась. Или же Уорд успела поговорить с кем-то еще.
– Да, дело дрянь.
– Вот и я про то.
Дальше шли молча. Босх обдумывал неприятное известие. Маккензи Уорд нужно так или иначе нейтрализовать. Имя Маккея ни в коем случае не должно появиться в газете – он может просто сорваться и удариться в бега, так никому и не позвонив.
– Что будешь делать? – спросила, не выдержав молчания, Райдер.
– Пока не знаю. Попробую поговорить, убедить… В крайнем случае чего-нибудь совру. Нельзя допустить, чтобы Маккей увидел в газете свое имя.
– Но и откладывать публикацию тоже нельзя, Гарри. У нас всего семьдесят два часа.
– Знаю. Дай мне подумать.
Он снова открыл телефон и набрал номер Мюриель Верлорен. Она ответила сразу же, и Босх спросил, как прошло интервью. Миссис Верлорен сказала, что было хорошо.
– Они что-то фотографировали?
– Да, они попросили разрешения поснимать в спальне. Мне не очень хотелось впускать их туда. Но я все же позволила.
– Понимаю. Спасибо, миссис Верлорен. Не забывайте, что вы делаете это только для того, чтобы помочь нам. Мы надеемся, что после публикации расследование пойдет быстрее. И мы очень ценим то, что вы делаете.
– Только бы помогло. Тогда я буду знать, что сделала все это не зря.
– Хорошо. Миссис Верлорен, мне нужно спросить вас кое о чем. В разговоре с репортером вы не называли имя Роланда Маккея?
– Нет, вы же сами сказали, чтобы я никому о нем не говорила. Я и не говорила.
– Уверены?
– Разумеется. Она поинтересовалась, о чем меня расспрашивали полицейские, но я ничего о нем не сказала. А что?
– Ничего, не беспокойтесь. Мне лишь нужно было убедиться, что у вас все в порядке. Спасибо, Мюриель. Позвоню, как только будут новости.
Босх захлопнул крышку. Мюриель Верлорен вряд ли стала бы ему врать. Значит, у Маккензи Уорд был другой источник.
– Что? – нетерпеливо спросила Райдер.
– Она им ничего не сказала.
– Тогда кто?
– Хороший вопрос.
В руке завибрировал и запищал телефон. Босх посмотрел на дисплей и узнал номер.
– Это она, из газеты. Придется ответить.
Он нажал кнопку.
– Детектив Босх? Это Маккензи Уорд. Время поджимает, и мне необходимо срочно поговорить с вами.
– Понял. Я только что получил ваше сообщение. Был в суде, так что телефон пришлось выключить.
– Почему вы ничего не сказали мне о Роланде Маккее?
– О чем это вы?
– О Роланде Маккее? Мне стало известно, что у вас уже есть подозреваемый по имени Роланд Маккей.
– Кто вам это сказал?
– Не имеет значения. Важно то, что вы утаили от меня ключевую информацию. Роланд Маккей ваш главный подозреваемый? Подождите… мне только что пришло в голову… Вы играете на две стороны? Отдали его «Таймс»?
