— Разумеется нет, никакой он не наемник, где вы видели наемников которые не торгуясь принимают заказ? Это граф Айр Лотеринг, этой осенью он проводил оптовые закупки в гильдии. Наш дом к сожалению не был включен в сделку, но я была бы плохой торговкой, если бы не знала крупных покупателей в лицо. — Иоланда чихнула от невыносимой вони стоявшей помещении и хлюпнула чуть не отмороженным носом, — А кроме того вон лежит наш покупатель. — торговка флегматично кивнула в сторону скручевшегося рядом со столами тела.
Оба охранника синхронно повернулись в указанную сторону и вздрогнули едва не завопив от ужаса. Иоланда хлопнула в ладоши, привлекая внимания расширенных глаз своих товарищей и продолжила:
— А мы, ребята, в такой глубокой жопе, что не описать словами. Эти двое перебили пятерых рыцарей и барона. А у нас на хвосте разбойники которых кто-то навел. Но если бы эти двое знали что мы везем сокровища графини Нюрей для предстоящей свадьбы, мы бы уже были мертвы. А значит с бандитами они не связаны и могут быть нашим шансом выбраться из переделки живыми. Так что держите ушки на макушке, а рты закрытыми, мальчики.
— Судя по слухам, граф Лотеринг настоящий герой, Ио. Чего нам тогда боятся? — сняв промерзший полушубок и усевшись к камину спиной спросил один из спутников торговки. Та хлопнула по лбу прежде чем ответить:
— И ты веришь во все эти героически бредни, Кирк? А ну да, ты ведь идиот, разумеется ты веришь! Все эти аристократы одним миром мазаны, когда нам предложили целую сотню золотом за доставку гребанных драгоценностей, мне надо было отказаться. А сейчас мы влипли, если граф поймет что мы знаем кого они тут убили — мы трупы. Все, молчите! Они возвращаются! — сделав большие, страшные глаза, зашипела на охранников Иоланда поворачиваясь к двери на кухню.
Лана и Айр заканчивали забрасывать снегом чернобородого здоровяка, когда девушка внезапно остановилась замахнувшись лопатой. Ее глаза сузились, она как будто принюхивалась к стылому воздуху. Помедлив пару мгновений, среброволосая перевела взгляд на мужа и скорчив огорченную гримасу сказала:
— Все, прибыли смертнички.
— Сколько их? Иоланда мой вопрос или мимо ушей пропустила, или просто не знала. — хмыкнул в ответ Айр, воткнув лопату в лежалый, твердый сугроб.
— Человек пятнадцать, усталые, злые, голодные. Предвкушают скорое веселье. Пойдем напоим их красным вином? — прищурив глаза и зло улыбнувшись ответила Лана.
— Угомонись, ты чего такая кровожадная сегодня? Месячные что-ли? Поговорим сначала. Бандит, бандиту рознь. — потрепал спутницу по плечу рыцарь и кивнул в сторону дома.
— А по мне такие же ублюдки как и этот “барон” со свитой. Когда-то я думала что Свежеватели конченные уроды, а ты сказал что это не так. Ну… Прав ты был. — нахмурившись пробормотала себе под нос Лана и отправилась следом за Айром в тепло. После того что ей рассказал Чарли и бедных, замученных девушек, она дала свободу сердцу. И сейчас не знала как его унять.
Усталые и замерзшие разбойники хмуро шептались за спиной у своего атамана, шагая по колено в снегу. Стрелки которые должны были выцелить возницу на санях, вместо него попали в круп резвой кобылы и та понесла, в итоге разбив ценный груз вина о ствол дерева. Спасти удалось немного, сейчас все мысли мужиков были о теплом укрытии, где можно будет откупорить баронские бочонки с пойлом. А вожак продолжал их гнать вслед за бежавшими купцами, хотя ясно было что с них много не взять. Вот бандиты и тихо роптали.
Идущий впереди отряда широкоплечий и седой как лунь разбойник, с блеклыми голубыми глазами прекрасно знал о чем говорят люди у него за спиной. Мужичье просто не знало что самый ценный куш торгаши утащили с собой. И он был позарез нужен Седому. Репутация для разбойника — непозволительная роскошь. Но у атмана она была и он не хотел ее потерять. К тому же баба-торговка всего с двумя охранниками вряд-ли представляла угрозу для его ватаги, а жители местной деревушки были слишком малочисленны чтобы ему помешать.
Когда из за деревьев показалось погруженное в ночной сон поселение, Седой оглянулся за спину, на бредущего позади него молодого парня с повязкой на глазах. Он держался за веревку привязанную к поясу атамана и мелко дрожал, его изъеденный молью полушубок был множество раз залатан и неважно защищал от царившего вокруг мороза. Дважды потянув за веревку, Седой вскинул руку, приказывая всем остановится. Не нравилось ему это дело, хотя и куш обещался немалый. Стоило подстраховаться.
— Кидай кости, скажи что видишь, Куд, — сиплым, надтрестнутым голосом он приказал пареньку, который спешно полез в привязанную к поясу, небольшую сумку.
Высыпав на длинную, тонкую, длань куриные, расписанные рунами кости, ворожей поднес их к лицу и что-то быстро и очень тихо зашептал, а затем взмахнул рукой и бросил их на сугроб. Падающие костяшки подхватил поток ветра и засвистел узкими прорезями. Когда звуки стихли, а кости упали на белую кромку снега, парень быстро нагнулся и несмотря на слепоту быстро их собрав, убрал в свой мешок.
