Забытое сражение Огненной Дуги<br />(Крушение операции «Цитадель») полностью

«6.7.1943 г. расчет четвертого орудия 3-й батареи в бою против немецко-фашистских захватчиков в районе перекрестка дорог Маслова Пристань — свх. „Поляна“ (у рощи) огнем своего орудия сжег два танка Т-6. Всему личному составу орудия объявляю благодарность. Отличившихся в бою командира орудия гв. cm. сержанта Путинского, врид. командира взвода гв. cm. сержанта М.Л. Бохолдина представить к правительственным наградам.

Начальнику финансового довольствия полка на основании приказа НКО № 038 выдать расчету денежные вознаграждения в размере указанного в приказе:

командиру орудия гв. cm. сержанту М.Л. Путивскому — 1000 рублей;

наводчику, мл. сержанту Н.С. Учайкину, — 1000 рублей;

номерам, красноармейцам: Н.Н. Дубине, Ф.К. Маркову, С.Ф. Кобякову, Г.К. Исхакову, П.Ф. Семершинову — 400 рублей каждому»[307].

Это один из первых примеров применения на Воронежском фронте приказа НКО № 038 от 24.06.1943 г. о поощрении денежными выплатами личного состава частей и соединений за уничтожение вражеской бронетехники. Расчеты подполковника Гоцака действительно дрались героически. Они не только уничтожили несколько боевых машин, но, главное, удержали занимаемый рубеж и сохранили орудия. В ходе этого боя ряд артиллеристов получили тяжелые ранения, в том числе командир огневого взвода 4-й батареи мл. лейтенант В.В. Колубин, шофер 4-й батареи красноармеец Н.Я. Держалов, командир орудия 4-й батареи красноармеец М.Х. Ананьев, командир орудия 3-й батареи красноармеец Ф.Н. Марков, командир орудия 3-й батареи ст. сержант М.А. Путивский, и были эвакуированы в медсанбат. Вызывает сомнение лишь то, что подбитыми танками действительно были «тигры». Судя по архивным источникам, в этот день все роты 503-го отб находились в составе танковых дивизий, а рота, приданная соединению Функа, действовала на острие ее удара, в полосе обороны 209-го и 214-го гв. сп 73-й гв. сд.

Тем не менее последствия прорыва гренадеров 106-й пд в этом районе генерал-майор А.И. Лосев ощутил уже в 14.00. Из журнала боевых действий 24-го гв. ск:

«К 14.00 мелкие группы автоматчиков противника общей численностью до 200 чел. просочились в район НП командира 72-й гв. сд и зацепились за западную опушку ур. Дача Шебекинская, захлестывая НП командира дивизии. Силами резерва /учебный батальон и разведрота/ к вечеру группа автоматчиков противника была рассеяна и отброшена. Западная опушка ур. Дача Шебекинская была полностью очищена»[308].

К исходу дня фронт на участке 72-й гв и 213-й сд стабилизировался по линии: 500 м северо-западнее выс. 207 — западная опушка леса ур. Дача Шебекинская, отм. «сар» 2 км северо-восточнее с. Ржавец — западная опушка рощи восточнее Приютовки — 500 м восточнее Безлюдовки — устье р. Нежиголь. Обе дивизии понесли высокие потери, особенно соединение Лосева. Согласно документам его штаба, по предварительным данным, за два дня дивизия лишилась убитыми, ранеными и пропавшими без вести 2828 бойцов и командиров, а в 213-й сд только за день боя выбыло 637 человек[309]. Причем наибольший урон был нанесен полкам, дравшимся за Ржавец, в общей сложности в 793-м и 702-м сп погибли и получили тяжелые ранения с госпитализацией 589 человек. Штаб 27-й гв. тбр тоже докладывал о потерях в людях и выходе из строя техники, но они оказались по меркам войны вполне умеренными: сгорела одна «тридцатьчетверка» и шесть получили боевые повреждения. Вся техника ротой технического обеспечения была эвакуирована и собрана на СПАМ-е. Кроме того, по техническим причинам вне поля боя вышли из строя еще 5 Т-34[310].