Забытое сражение Огненной Дуги<br />(Крушение операции «Цитадель») полностью

Лес горел в нескольких местах, заполняя просеки сплошным дымом и гарью. Еще не успели расчеты как следует замаскировать позицию, как на дороге появился бронетранспортер. С первого выстрела наводчик первого орудия сержант Данченко подбил его, и из него сразу после взрыва снаряда выпрыгнуло с десяток автоматчиков. Маскируясь растительностью, они открыли сильный огонь, погиб замковый рядовой Белоусов, получил ранение командир взвода лейтенант Лукинин. Отбить атаку мотопехоты артиллеристам помогла вовремя подошедшая рота капитана Павлова. Лишь только закончилась перестрелка, как между деревьями в предрассветной мгле показались силуэты двух танков. Выждав несколько минут, командир орудия Подкорытов точными выстрелами подбил обе боевые машины. Но экипажи сумели сделать несколько выстрелов. В результате одна «сорокапятка» была повреждена, а вторая полностью разбита. Несколько стрелков, находившихся на батарее, получили ранения. Используя замешательство противника, полк предпринял контратаку.

В донесении генерал-майор Е.И. Василенко указывал, что, перейдя в наступление с рубежа: 1 км восточнее клх. «Соловьев» — 2 км восточнее свх. «Батрацкая Дача», к утру 8 июля вышел на линию 300 м западнее отметки (в районе свх. «Батрацкая Дача») и 200 м юго-восточнее свх. «Батрацкая Дача». Таким образом, в течение ночи полк Усийко сумел продвинуться всего до 1 км. Были подбиты и остались на территории, занятой нашими подразделениями, два танка, два БТРа, 75-мм орудие и четыре пулемета, а также более сотни трупов вражеских солдат и офицеров. Кроме того, удалось захватить исправную грузовую автомашину с обмундированием и один мотоцикл. Сразу оговорюсь, подбитую технику «можно было не только увидеть, но и пощупать», а что касается горы мертвых тел, то эти данные я бы не принимал на веру. Особенно если посмотреть, какие потери понесла советская сторона. В столь длительном и ожесточенном бою они оказались на редкость небольшими: погибли 2 и были ранены 68 человек, вышли из строя оба орудия батареи Тяпкова, два «максима» были разбиты прямым попаданием снарядов[412].

Тяжелая ситуация складывалась в районе Гремячий — свх. «Поляна», где противник в течение 7 июля предпринимал сильные контратаки с применением танков. Ожесточенные бои здесь шли до полуночи. Под напором превосходящего противника пехота 73-й гв. сд несколько раз отходила, оборона участка держалась лишь на 201-й тбр и 1669-м иптап. С наступлением темноты сплошной линии обороны здесь выстроить не удалось. Опасаясь, что ночью вражеские автоматчики просочатся в тыл бригады, в 1.40 8 июля полковник И.А. Таранов направляет комдиву-73 донесение, в котором говорилось:

«Противник перед 201-й тбр занимает опушку леса севернее МТС (1 км западнее Гремячий) — свх. „Поляна“.

1/211 гв. сп после атаки на Гремячий вышел на рубеж: 500 м западнее Гремячий, опушка леса восточнее свх. „Поляна“. Левее действуют остатки 225-го гв. сп 78-й гв. сд.

Танки 2/201 тбр занимают оборону: северная опушка леса, 2 км северо-западнее Гремячий (у изгиба дороги, идущей на свх. „Батрацкая Дача“). Расположение батальона подвергается непрерывному обстрелу немецких автоматчиков.

Прошу немедленно принять меры к выходу пехоты 211-го гв. сп на рубеж: узкая роща (отм. 201,0), что 2,5 км западнее Гремячий. В случае невыхода пехоты 211-го гв. сп вынужден буду отвести танки в район Гремячего. О принятых мерах прошу сообщить»[413].

Комдив верно оценил опасения комбрига, и к утру его пехота уже окопалась на рубеже обороны бригады.