— Найти его было нетрудно, — уже серьезным тоном ответил Холмс. — Очевидно, он не скрывал своего местонахождения ни от кого, кроме мистера Мэкса. Однако должен признаться, что мы недооценили степень его безнравственности. Я почти двое суток следил за ним в Портсмуте и Саутси, но выяснил крайне мало полезного. И тут, к моему удивлению, он внезапно очутился с саквояжем в руках на железнодорожной станции в гавани. Доехал на поезде до Бристоля и там сел на трамвай, идущий в Клифтон, откуда возвратился в сопровождении молодой женщины. Задав пару вопросов мальчишке-посыльному, я выяснил, что ее имя — мисс Пеглер, хотя иногда ее называют миссис Смит. Они остановились в отеле как муж и жена. Одним небесам известно, какие сказки он рассказывал своей бедной невесте две недели назад.
— Достаточное основание, чтобы подать ходатайство о разводе, когда придет время, — мрачно заметил я.
— О нет, Ватсон! Я буду крайне разочарован, если дело закончится лишь этим. Кроме того, мы с вами не занимаемся бракоразводными процессами. В данном вопросе я непреклонен.
— А где Смит сейчас?
Холмс пожал плечами.
— Я упустил его, — признался он с безразличным видом.
— Что же мы будем делать?
Фонари вдоль набережной замерцали в ночном тумане, словно жемчужные нити. Сквозь шум прибоя из павильона у Большого пирса доносились звуки музыки.
— Давайте прогуляемся, — небрежно предложил Холмс, — до киоска с названием «Лица Джексона». Мы с мистером Джексоном успели подружиться за эти дни.
Любому, кто отдыхал на побережье, приходилось встречать таких умельцев. Они наводят на вас камеру, фотографируют и вручают вам квитанцию. А потом с тайным удовольствием вывешивают на рекламном щите ваш портрет и ждут, пока вы не заплатите, просто ради того, чтобы его снять. Киоск Джексона стоял возле дороги в угольную гавань. Его обрамляли именно такие стенды со снимками, напечатанными день или два назад.
— Позвольте представить вам мистера Смита, — спокойным голосом произнес Холмс.
Мой друг указал на несколько помятых карточек. Мне не пришлось ничего уточнять, поскольку изображение странной парочки бросалось в глаза. Они шли под руку по набережной на фоне сверкающей огнями гавани. Джексон щелкнул их как раз в том месте, где сейчас стояли мы. Женщина с длинными распущенными волосами глядела в объектив с глуповато-жеманным выражением. Костюм мужчины плохо подходил для курортной прогулки. Он был в цилиндре, сюртуке с жестким воротником, галстуке-бабочке и жилете с золотой часовой цепочкой. Этакий маскарадный наряд «преуспевающего человека». Однако каждый, кто видел его недавнюю свадебную фотографию, тотчас узнал бы эту мощную фигуру, пышные усы и высокомерный взгляд, пугающе равнодушный к чужим страданиям.
Холмс некоторое время разглядывал мистера Смита и мисс Пеглер.
— Полагаю, Ватсон, — наконец сказал он, — что этого снимка будет достаточно, чтобы сослать нашего приятеля на каторгу сроком на семь лет, согласно параграфу пятьдесят семь закона о преступлениях против личности.
— Не понимаю, о чем вы говорите.
— О двоеженстве. Неужели вы не видите кольцо на безымянном пальце левой руки женщины?
— Это ничего не доказывает. Возможно, она носит его просто для вида.
— Думаю, что это не так, — мягко возразил Холмс. — Законным путем или нет, но он, скорее всего, женат на этой леди. В первом случае брак с мисс Мэкс признают недействительным. Он не стал бы просто так соблазнять эту молодую особу — ему нужны ее деньги. Либо он намерен обобрать ее родню. Что бы еще ни задумал мистер Смит, в первую очередь он выглядит опытным брачным аферистом. Один момент.
Он обернулся к киоску, из окошка которого разносился по берегу резкий запах нашатырного спирта. Лысый фотограф в опрятном костюме опирался локтями о прилавок, поджидая клиентов.
— Мистер Джексон, позвольте представить вам моего коллегу доктора Ватсона. Будьте любезны, повторите ему то, что вы рассказывали мне о мужчине с этой фотографии.
Глаза фотографа под очками в проволочной оправе возбужденно заблестели.
— Не могу похвастаться, джентльмены, что помню имена всех людей, которых я запечатлел на пленку. Их слишком много. Но есть лица, которые так просто не забудешь. Именно поэтому мое предприятие и носит такое название.
— Очень интересно, — нетерпеливо произнес Холмс. — А что вы скажете об этом человеке?
— У меня были основания для того, чтобы его запомнить, хотя с тех пор прошел год или два. Я сфотографировал его прямо здесь, в гавани Найтстоун, и повесил снимок на стенд. Джентльмен был очень недоволен. Однако я несколько дней не снимал фотографию. Затем, когда я уже собирался ее выбросить, меня посетила одна леди — миссис Таккетт, хозяйка пансиона на Аппер-Черч-роуд возле Глентвортской бухты. Указав на снимок, она сказала, что этот человек уехал, не заплатив ей за три недели проживания.
— Она обращалась в полицию?
— А что толку? — философски вздохнул мистер Джексон. — Полиция ничего не станет предпринимать. Вам скажут, что это гражданское дело и вы можете предъявить нарушителю иск, если захотите. То есть если найдете его!
— А как его звали?
