— Просто… здесь в бункере никого не было, — сказал наконец Кас. После паузы он добавил: — Машины не было. И все комнаты были пусты.
— И записка? — догадался Сэм.
Кас кивнул.
— И что в ней было?
Кас замер.
— Да так… ничего…
Сэм ждал, но Кас ничего больше не произнес.
— Кас, — сказал Сэм, присев на корточки у дивана. — Мы не поступим с тобой так. Правда не поступим. Ты — член нашей семьи. Ты же теперь это знаешь, правда?
Кас взглянул на него и кивнул. Но в его глазах промелькнуло сомнение.
«Черт, — подумал Сэм. — Быстро это не искоренишь». В конце концов он сказал:
— Поднимайся. Пообедаем, и я проверю твои повязки.
Кас сел и наконец поел немного салата.
Потом Сэм поднял его на ноги для визита в уборную. Но на этот раз Кас оказался едва в состоянии опираться на ноги и поморщился, уже вставая с дивана. Его ноги болели сильнее, и после секундного замешательства Сэм вспомнил, что Кас пропустил прием болеутоляющих. Он усадил Каса обратно и дал ему пару таблеток, раздумывая, как доставить его хотя бы в уборную. Если ноги у него болели, ходить ему, наверное, вообще не стоило.
— О, Кас, — сказал Сэм, когда тот поставил стакан с водой на столик. — У меня есть идея. Подожди секунду.
Сэм прикатил из библиотеки одно из кресел на колесиках, загрузил в него Каса и начал катить кресло по бункеру к ванной.
— Спасибо, Сэм, — сказал Кас. — Признаюсь, я удивлен, что мне так тяжело ходить.
— Да, так бывает, когда сдираешь кожу на ногах, — ответил Сэм. — Ты поправишься, подожди несколько дней. — Кресло пришлось толкать медленно: колесики у него были маленькие и неравномерно скрипели, пока Сэм катил его по коридору. Но, по крайней мере, так Касу не приходилось идти. Сэм добавил: — Хоть через бревна тут перелезать не надо, а?
Кас обернулся к Сэму через плечо и ответил:
— Той ночью и правда было много деревьев. Знаешь, я даже считал, сколько шагов нам удавалось пройти от одного бревна до следующего. И какое-то время между упавшими деревьями было в среднем по три шага.
Сэма это рассмешило.
— Ты и правда считал шаги? Дин, конечно, называет нас обоих занудами, но этим ты прямо заработал титул.
— Так мне было легче идти, — сказал Кастиэль тихо. — Должен признать, физическая усталость до сих пор застает меня врасплох. Будучи ангелом мне никогда не приходилось иметь дело с такой усталостью. Я думал, что за прошлый год уже привык к ней, но той ночью… было просто поразительно трудно продолжать идти.
Сэм моргнул, услышав это. Он машинально снизил скорость, чтобы дать Касу время поговорить. Кас продолжил под медленный скрип колесиков:
— Несколько раз я ловил себя на том, что остановился и начал садиться на бревно, сам того не осознавая. И, когда останавливался я, вы тоже останавливались. Так что я считал шаги, чтобы не засыпать.
Они добрались до ванной, и Сэм остановил кресло, но продолжал молчать.
— Каждое дерево так и приглашало на него сесть, — сказал Кас. — Но я начинал счет заново и двигался вперед.
Повисла пауза. Кас повернул голову и снова посмотрел на Сэма.
— Кас, — сказал наконец Сэм. — Мы бы не вышли оттуда без тебя.
— Но закончилось все хорошо, правда же? — ответил Кас. Он посмотрел на свои ноги и осторожно встал со словами: — Полагаю, помочиться я смогу самостоятельно, Сэм.
— Ой… да, конечно, — согласился Сэм, который почти забыл, зачем они сюда пришли. Он все думал о той ночи. Кас открыл дверь ванной, и Сэм сказал: — Ладно, я вернусь за тобой через минуту. Стул оставлю здесь, хорошо? Сейчас вернусь, только поставлю греться суп.
Кас кивнул, прошел в ванную и закрыл дверь, и Сэм направился в кухню, чтобы подогреть еще одну порцию супа.
Он открыл для Каса банку с куриным бульоном и вылил его в миску, все еще думая о той прогулке в Титонах. Вся та ночь была несколько туманной в его памяти, но Сэм начал осознавать, что некоторые моменты помнил довольно ясно. Загадочнее всего было то, что он, похоже, где-то успевал вздремнуть. И потом просыпался, полный энергии, а через час снова начинал чувствовать себя на грани потери сознания.
А может… может, он и правда разок терял сознание? Или даже пару раз?
Сэм поставил миску с супом в микроволновку и прибавил несколько раз по тридцать секунд, думая: «Как минимум дважды я отключался, разве нет? Как минимум дважды. И как я потом просыпался?» Ведь каждый раз он просыпался полным сил. «И странно: каждый раз, когда я просыпался, Приятелю было нехорошо», — вспомнил Сэм. Потом он фыркнул сам на себя: «КАСУ! Касу, не Приятелю». Забавно, как имя «Приятель», до сих пор то и дело всплывало в его памяти. «Касу. Касу было нехорошо».
Сэм стоял, глядя на таймер микроволновки. «Каждый раз, когда я просыпался, Кас едва не терял сознание. А потом оживал… пока у меня кончались силы… Потом я снова просыпался, и он снова был на грани обморока… Минуточку…»
Сэм вышел назад в коридор. Кас уже сидел на стуле, дожидаясь его, скрестив ноги, чтобы не держать их на полу. Он был похож на Будду. Заслышав Сэма, он поднял голову и явно оживился. Сэм улыбнулся ему:
— Обед?
Кас улыбнулся в ответ и кивнул, и Сэм покатил его в кухню.
