Едва он успел отплыть, как тяжёлая дверь, словно крышка закипевшего чайника, подпрыгнула и со звоном ударилась в обшивку ракеты.
В отверстии люка показался Сун-лин. На лице его было написано отчаяние.
После того как охотники убежали, Лоо остался один. Он смотрел на небесную кулу, которая спряталась в Большой воде.
Ничего больше не происходило, и нигде не было круглоголовых. Тут снова раздался грохот — в который раз! — и ещё одна небесная кулу примчалась из-за туч. Она выла, как остальные, и села на ровном и сухом месте.
Прячась в кустах, Лоо попробовал подобраться к ней. Укрывшись в зарослях, он терпеливо наблюдал. Должны же были появиться круглоголовые! Но никто не показывался. Кулу стояла как высохшее дерево.
Тогда Лоо осмелел и подошёл ближе. Кулу не заметила его. Вглядевшись, Лоо убедился, что она и не могла его видеть: у неё не было глаз. У кулу, что прилетала первый раз, было два глаза, и они светились, как у зверей ночью. А эта кулу была слепая. Высокая, огромная, она стояла как неживая. Может, это просто мёртвая кулу? Она упала из облаков раненая, её отчаянный крик был предсмертным криком… Ведь простые кулу, когда они тяжело ранены, тоже кричат очень сильно.
Всё шло совсем не так, как ожидал Лоо. Никто не прилетел. Из облаков появлялись одни кулу. Небесных коу не было. Разочарованный и обманутый в своих надеждах, Лоо повернул обратно. Он переплывал воду, пробирался в зарослях. Временами снова раздавался грохот и слышался рёв кулу, но Лоо даже не поворачивал головы.
Он шёл к Большим пещерам…
Ракеты стояли на растопыренных ногах, словно диковинные дома небывалого города. Впрочем, некоторые из них — пассажирские и на самом деле служили домами.
Тридцать семь человек, составлявших первую смену научной станции на Венере, жили в своих кораблях, пока шёл монтаж постоянных зданий.
Участок, выбранный под станцию, тянулся на километр с лишним. Его сфотографировали, потом на фото наложили график-план расположения зданий, вычерченный в том же масштабе и заготовленный Ольсеном заранее, и сообщили данные автоматическим станциям наведения. Те подводили каждую грузовую ракету в соответствии с её номером и опознавательными сигналами прямо к месту разгрузки. Только краны свободно бродили по всему участку. Одни набрасывались на очередной прибывший космический грузовик, быстро опустошали его трюмы. Другие краны с магнитными излучателями формировали из гигантских пузырей пластилита выпуклые стены, крыши-купола, переходные коридоры и прочие части «Лабиринта». С помощью третьих кранов устанавливалось оборудование.
— Да, это не на заводе, — сказал Мищенко, на Земле работавший дежурным контролёром большого автоматического предприятия. — У нас автоматы собирают всё сами. А тут охрипнешь, отдавая команду кранам. И перчатки управления тоже не слишком удобны: утомительно хватать все эти блоки даже мысленно.
Он пошевелил пальцами в перчатках с множеством члеников, похожих на ножки краба, и кран, стоящий в отдалении, повторил движения своими могучими захватами.
— А мне нравится такая работа, — откликнулся самый молодой участник экспедиции. — Ощущаешь могущество человека ещё сильнее, чем на Земле.
— Да, — заметил многозначительно Варгаш, — в бесчисленных фантастических романах описывалась встреча землян с существами других миров. Пришельцы рисовались более совершенными, и от них должны были земляне получить знания, которыми сами ещё не располагают. Но пока никто из космоса на Землю не прилетел. Наоборот, мы оказались в положении высокоразвитых гостей для хозяев этой планеты.
— Но где же они, — спросил Ив, — жители Венеры?
Действительно, все предпринятые разведывательные полёты не обнаруживали никаких признаков обитателей Венеры. Если бы не фильм, заснятый участниками предыдущей экспедиции, можно было подумать, что встреча с венерианцами им просто-напросто померещилась. Никто не знал, куда делись дикие существа, атаковавшие прошлый раз ракету.
На двенадцатый день Варгаш и Горин, находясь в очередном патрульном облёте, заметили среди зарослей рыжую гору с крутым, изрытым склоном, Она напоминала помятую шляпу, изъеденную с одного края молью. Приглядевшись, патрульные обнаружили, что здесь склон горы усеивают отверстия пещер.
Они осторожно сели у подошвы. Лишь крылатые лягушки, похожие на огромных кузнечиков, прыгали вокруг, развёртывая свои радужные перепонки.
— Заглянем в пещеру? — предложил Варгаш.
Горин кивнул.
Они выбрали самую большую.
— Пещера вырыта, — сказал Варгаш. — Видите?
На стене в мягком грунте виднелись следы пальцев. В нескольких местах стены были обложены большими необработанными камнями.
Варгаш, работавший на Земле в Службе биологической защиты, по привычке следопыта оглядел пол. На глине сохранились отпечатки ног. Ступни широкие, с растопыренными веером пальцами. На одном из следов ясно запечатлелась перепонка, соединяющая пальцы.
Патрульные заглянули ещё в несколько пещер. Все оказались пустыми.
— Где же обитатели?
Варгаш показал на истоптанный берег.
— Они ушли водой. Значит, не оставили и следов.
Наступил день похорон Ольсена.
