Лавина черного воинства заполнила все пространство до горизонта, казалось сама земля наступает на людей. Яркая вспышка ослепила союзников, в небе прокатился сотрясающий поле гром. Вспышка мгновенно выросла, охватив и войска Инвентов, и союзные силы, затем резко свернулась и еще раз раскинулась по небосводу. Тысячи зигзагов ослепляя и кидаясь из стороны в сторону хлестали войска противников. Между кадамцами и людьми метались белые шары, налетая на препятствие они взрывались, испаряя все, что попало в орбиту взрывной волны. Задетые волной шаровые молнии также разряжались, запуская цепную реакцию, выжигавшую в долю секунды целые поля. Несколько минут стихия жгла земли на границе Куватры и Паналеона. Инвенты, которые находились на линии столкновения, начали отступать, но лакированное поле продолжало поражать черных, раскидывая слепящие сети молний. Только двадцать пять всадников прорвали фронт Куватры, черные ушли по направлению к ангару № 12.
****
Парень пытался сопротивляться, но стальные пальцы намертво сомкнулись на его запястье. Он слышал о железном генерале, но никогда не предполагал, что сам столкнется с неумолимым Тенфеном. Катер упал всего в нескольких километрах от места боя. И его достаточно быстро нашли местные жители, которые напоминали скорее высокотехнологичные банды. Тенфен появился полчаса спустя, местные даже не пытаясь сопротивляться передали пленного в руки властей. Комендант получил свои единицы, и увел перепуганных изгоев в полуразрушенный город, призрак прошлого величия независимого государства Куватра. Нынче Куватру поглотила корпорация Нуреман. Именно корпораты решили, что Дунер более не нужен, и в течении шестидесяти лет превратили город и его окрестности в отстойник для всего, что столица извергла за пределы защитных куполов. Здесь воцарился мир криминала слабо регулируемый властями через комендантов. Над комендантами стояли президенты, тесно связанные с администрацией Куватры, и представшие собой крупных мафиози, которые контролировали брошенную центром периферию.
Мальчишка раздражал Тенфена, если бы не его значение он давно бы избавился от наглеца. Люк отошел в сторону, нутро корабля озарилось бледным свечением, генерал с силой втолкнул Урдо внутрь, люк встал на место, и машина резко набрала высоту. Несколько бойцов Тенфена, равнодушно уставились на пленника. Один поднялся с места повинуясь беззвучному приказу и схватив парня за шиворот оттащил к креслу с креплениями для рук и ног. Зажимы плотно обхватили щиколотки и предплечья Урдо.
— Слышь, ты, железяка, я тебе обещаю, за моего брата я тебя разорву!!! Не знаю, как, но поверь мне, я это сделаю! — задыхаясь от ярости выкрикнул Урдо.
— Не трать силы, они тебе пригодятся! — ответил механический голос, генерал даже не повернул голову в сторону пленника. Его взгляд застрял на мониторе, где двигались условные обозначения войсковых соединений.
— Можешь не сомневаться у меня сил хватит на всех вас… — мощная пощечина отшвырнула голову парня.
— Заткнись щенок, не беси меня! Я и так еле сдерживаюсь, чтобы не прихлопнуть тебя! — зло выдохнул Тенфен, в лицо пленника.
Генерал склонился к парню, и обхватил стальными ладонями спинку его кресла-тюрьмы. Скорость, с которой киборг оказался подле Урдо, испугала парня, он ошарашенно вытаращил глаза и глубже вжался в кресло. Полчаса спустя йяотанец оказался в небольшом кабинете. Генерал куда-то исчез, а пленника приковали к новому креслу, вокруг которого стояли незнакомые йяотанцу приборы. Несколько минут спустя в кабинет вошли доктора. Голубые халаты и маски на лицах скрывали их облик. Не обращая внимания на Урдо медики разошлись по кабинету занимая места у машин. Откуда-то из-под потолка спустились манипуляторы. Тихо жужжа роботы принялись за работу. Урдо ничего не чувствовал, лишь изредка пропадало зрение, и обоняние. Затем он потерял чувство реальности, наконец чернота растаяла, перед глазами вертелся белый потолок, с каждой секундой все больше набирая обороты. Урдо согнулся пополам, и перегнувшись через край кровати опорожнил желудок. Робот уборщик недовольно завывая тут же убрал все следы. Справившись с дурнотой, Урдо откинулся на мокрые от пота подушки, его трясло, рябь в глазах потеряла частоту. На лоб легла нежная рука, прохладная и в то же время легкая, как дуновение весеннего ветерка. Он скосил глаза, но увидел лишь белый халат, и большие голубые глаза, над неизменной маской.
— Лежи, тебе не надо двигаться. Сейчас, я добавлю немного лекарства, и мы поспим, — приговаривал вкрадчивый голос.
Урдо вновь уплыл, даже не успев открыть рта.
****
