— И все же мы поступаем еще страшнее безумца Нуремана. Может стоит просто дать отпор мерзавцу…
— Нас предали, и не только Гранидар.
— А кто еще?
— У границ собрана армия из потомков предателей, скорее всего их поведет Мурлозе. На нашей территории его встретят родственники. У них немалые связи в войсках Гранидара, потому предательство будет массовым. Полагаю, что многих скрытых агентов корпоратов мы еще не знаем.
— А это точно? Может нас специально пугают?
— У меня достоверный источник.
Идилга продолжала требовательно смотреть на Сантара.
— Ладно, это Валерий Рогов.
— Рогов? Он же почти сорок лет в Куватре? Неужели вышел на связь? — удивилась «Правительница».
— Вышел, он сообщил о планах Нуремана…
— Странно, а почему Куммун меня не предупредил? — почти возмутилась Идилга.
— Он мертв, — лицо женщины дрогнуло, а глаза наполнили слезы, — прости не хотел говорить.
Сантар осекся под укоризненным взглядом «Правительницы».
— Ты же знаешь, как он важен для меня…Как ты мог скрывать? — Идилга отвернулась и несколько минут стояла не двигаясь.
— Я знала, что когда-нибудь это случиться, — Идилга медленно повернулась, и взглянула на Сантара.
Губы женщины улыбались, а в глазах читалась боль.
— Ну, мне пора, — словно извиняясь произнес Мудрый.
Он протянул руку. «Правительница» заглянула ему в глаза, и после недолгого раздумья пожала широкую ладонь ученого. Тонкая кисть долго не разжималась, будто не желая отпускать Сантара.
— Береги себя. Не погибни там, — она неопределенно качнула головой, — мне будет тебя не хватать.
Идилга улыбнулась, и отпустила мощную руку Мудрого.
****
Полумрак и приятная музыка навевали романтическое состояние духа. Овран потянул Таню в коридор, подальше в темноту. Друзья остались в актовом зале, лишь Надежда Ильинична, старший преподаватель, выглянула чтобы убедиться, что они не уходят.
— Куда ты меня тащишь? — делано наивно спросила девушка.
Таня послушно шла за Овраном, что его удивляло и одновременно возбуждало.
— Там лучше видно небо. Он отворил выход на железную лестницу пожарного выхода. Третий этаж возвышался над прилегающим к институту парком, который чернел причудливыми волнами внизу. Ветерок принес запах прели, и набирающих цвет каштанов. Над головой раскинулось бескрайнее небо, глубокого синего цвета. Звезды точно неравномерно раскиданные блестки по сапфировому бархату весело подмигивали парочке.
— Такое небо только у нас, — восторженно произнес Овран, его голос слегка дрожал.
— Тебя бьет озноб, — удивилась Таня, подняв голову она не отрываясь смотрела на завораживающую синеву.
— Тебе показалось.
— Я же чувствую, как дрожит твоя рука, — Таня взглянула на парня, он еще крепче приобнял девушку.
Упругое тело, податливое и одновременно текучее, кружило голову. Он чувствовал сквозь плотную ткань платья, тепло ее бархатной кожи, оно дразнило и распаляло желание. Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза. Неожиданно Овран развернул девушку спиной к стене, и навалившись прижал к прохладному кафелю.
— Овран. Остановись, — голос Тани звучал придушенно, участившееся дыхание не давало вздохнуть полной грудью.
Овран прижал ее еще крепче и поцеловал в шею, поцелуй следовал за поцелуем, постепенно спускаясь к груди.
— Да прекрати чокнутый, — преодолевая напор горячего поклонника, выдохнула Таня.
Он ее не слышал, Таня дернулась, нога девушки прошла вверх, упираясь коленом в промежность потерявшего голову воздыхателя, парень застыл.
— Ох! — выдохнул Овран.
Руки парня схватились за промежность, а колени подогнулись, опуская тело к земле.
— Ты сума сошла?! — наконец выдохнул Овран.
— А ты чего… Я же тебе сказала… Ты торопишься. Я еще не готова, — улыбка наползла на довольное лицо Тани, она подошла к Оврану и слегка коснулась плеча.
— Ты чего, как с цепи сорвался. Нельзя так напирать. Я же девушка, — она с сочувствием посмотрела на парня. — Сильно болит?
— Да уже ничего, — Овран присел прямо на рифленый лист стали, междуэтажной площадки.
— Кто тебя учил так с девчонками… общаться, — Таня попятилась назад, и оттопырив выпуклую попку, прислонилась к перилам.
— Да твой папаша. Ах, — парень вновь зажмурился. — Вот ты мне дала, — уже с улыбкой продолжил Овран.
— Дала ха, ах, ха, — звонкий смех Тани разлился над парком. — Ну папа, подожди! — все еще смеясь погрозила девушка.
Овран тоже засмеялся.
— Вот старый Хрыч ха, ха, ха… Как всегда, прикололся, ха, ха, ха, — смеялся парнишка. — Ты прости, меня заклинило. Ты мне очень нравишься… — Овран медленно поднялся, к нему приблизилась Таня.
— Ничего. Ты меня тоже прости, — он открыл было рот, чтобы ответить, но теплые ладошки девушки обхватили его голову, а тугие губы подарили продолжительный поцелуй.
Овран все еще переводил дух, когда Таня оттолкнула его и вошла в коридор.
— Это тебе за нечаянную боль. Ты мне тоже нравишься, — девушка хихикнула и скрылась в непроглядной черноте институтского коридора.
****
