— Раз купила, то нельзя не пойти, — его голос звучал всё также отстранённо. Что же не так с ним? Что могло произойти? — На какое время билеты?
Стоит ли у него сначала спросить что случилось? Ладно, он ведь мой «жених». Я обязана знать почему ему грустно!
— Что с тобой? Ты с утра такой грустный… — я сделала печальное лицо и подсела к нему поближе. — Расскажи мне, а?
— О чём ты? Всё просто отлично! Я чувствую себя просто прекрасно! — его взгляд тут же изменился. На лице заиграла улыбка. Фальшивая улыбка.
Так… невеста бы обязательно докопалась до правды и узнала бы в чём дело. Я не исключение. Попробую узнать!
— Эй! Ну скажи мне в чём дело… может быть дело во мне? — Я подсела ближе к нему и облокотилось на его широкое плечо. Его лицо было в пятнадцати сантиметрах от моего. Хорошо, что не ближе. Иначе бы ветер в голову пролез.
— Да я же говорю! Ничего не произошло! — он повернул голову в мою сторону и теперь его улыбка казалась не такой фальшивой. С чего бы это?
Я хотя бы спросила! И этого хватит! Сделаю вид, будто поверила ему и забуду.
— Ладно… время уже двенадцать сорок утра. Давай приготовим завтрак и, может быть, погуляем. Согласен?
— Почему бы и нет. Что приготовим? Я абсолютно не умею готовить, а если умел, то забыл пару дней назад…
— Овсянку приготовим. Как учила Каролина.
Ему, похоже, эта идея понравилась. Он улыбнулся шире и мы вместе направились в кухню. Я бы показала ему свои умения, но я «потеряла память». Мама всегда меня учила готовке. Лучше всего у меня получалась Дугхамская вафля, которую мы жарили на костре.
Сначала нужно вскипятить воду. Достала из нижнего шкафчика кастрюлю, вылила туда воды из бутылки и поставила на огонь. Теперь хлопья… они находились на самой высокой полке. И почему только хозяин такую гарнитуру поставил? Сам-то сможет что-то достать оттуда? Сейчас бы мои способности лететь…
«Может, попросить Мэйсона достать?» — повернулась к нему. Он спокойно себе сидел и глядел в пол. Не буду мешать его занятию. Пусть думает себе. Сама попробую достать. Точно получится. Встала на корточки и со всей мощи попыталась достать до коробки с хлопьями. Безуспешно. Не хватало пару сантиметров, чтобы заполучить её. Подпрыгнула и снова попыталась. Теперь было ближе, но мимо.
Чуть не сдалась и не бросила это занятие, но почувствовала тепло, исходящее за моей спиной. Повернулась и чуть не упала на месте. Хотя, упасть бы не получилось, Мэйсон бы меня поймал. Он стоял прямо за мной и смотрел так, будто я клоун. Ему было смешно! А мне — нет! Вдруг он приподнял голову и с лёгкостью достал пачку с едой. Положил рядом, но не отошёл. Стоял впритык, а я лишь почувствовала, как к лицу приходит румянец.
«Какого чёрта ты так близко ко мне?» — хотелось спросить у него, но я промолчала. Сама заварила эту кашу с помолвкой.
Он расставил руки на столе так, что я оказалась в плену. И опять в голову стали лезть нехорошие воспоминания. Да и фантазия начала играть и кидать в голову разные сценарии. С ним!
Нет! Нельзя! Он мой враг и я должна избавиться от него, иначе он сам избавится от меня и заберёт силу.
Уверена, в моих глазах сейчас читалась не любовь и влюблённость, а страх и ненависть. Только вот я не знаю как это перебороть и сделать что-то такое, чтобы вопросы не появлялись. Он встал ещё ближе ко мне, а мой взгляд стал чуть спокойнее. Нельзя выдавать себя! Но щёки всё равно горели. Ещё чуть-чуть и произойдёт неизбежное! Мне нельзя его целовать. Мы враги и я не хочу предавать покойных родителей. В особенности Аманду, которая всё ещё жива и ждёт меня. Сейчас нужно контролировать себя и не допускать ошибок. Запретный плод всегда сладкий. На то он и запретный. Всех манит своей сладостью в свои сети. А потом происходит самое страшное. Бесконечное мучение, боль и обвинение. Сначала других, а потом себя. Только после, понимаешь, что во всём был виноват ты, а не кто-то другой. И вот тут начинается самое ужасное. Не можешь простить себя за это, винишь, убиваешься.
Теперь он ещё ближе. Его лицо в пяти сантиметрах от моего. Это пугает. Что с ним? А со мной что?.. Что же делать? Он проверяет меня? Хочет узнать, что я сделаю? Уверена, у него именно такие планы. Его глаза… хитрющие. Он что-то начал вспоминать? Точно начал.
Хочет сыграть со мной? Только вот он ещё не знает, что играть мы будем по моим правилам. Всегда так было. Сегодня не исключение. Почему это я должна его стесняться сейчас? Сейчас! Ловко сокращаю между нами расстояние до двух сантиметров и жду его реакции. Зрачки Мэйсона расширились от неожиданности и удивления. Мгновение спустя, его руки оказались на моей талии, но я не стала подавать виду, что смутилась. Наоборот, я улыбнулась и обняла его обеими руками за шею.
«Что ты на это скажешь, Паркер?» — подумала я про себя.
