– Я нуждаюсь в помощи, дабы сокрушить моего врага. Он восстал из могилы, чтобы снова меня преследовать. Сегодня он прибыл в этот замок, переодетый волшебником, и сейчас находится с королем, настраивая его величество против меня.
– И какую помощь ты хотела бы от меня получить? – спросил прекрасный голос.
– Я хочу знать, как убить его – и чтобы на этот раз насовсем, – ответила Ла Трей.
Последовала пауза. Чаша задумчиво парила в воздухе.
– Есть яд, – наконец произнес голос, – чистый как вода, он не имеет запаха, но само его прикосновение может быть смертельным для тех, кто жил слишком долго. Я могу рассказать тебе, как приготовить его, если пожелаешь.
– Расскажи мне.
Баннус начал говорить, а Ла Трей в его мерцании лихорадочно записывала ингредиенты и способ приготовления. От ее внимания не ускользнуло: кубок расположился поодаль – так, чтобы она не могла до него дотянуться. Улыбка мелькнула на ее лице. Она знала, что всегда сможет снова его призвать. Однако ей нужно было сделать кое-что еще, прежде чем она завладеет Баннусом и сосредоточит всю власть в своих руках.
Сэр Форс и его бойцы отбыли на следующий день вскоре после рассвета. Они с грохотом пронеслись по деревянному мосту через озеро, устроив целое представление с горделиво трепещущими на ветру флажками – золотыми на зеленом и красными на белом. Чел и Мордион наблюдали за этим спектаклем, стоя на зубчатых стенах вместе с большинством обитателей замка.
– Вот бы я мог поехать! – воскликнул Чел.
– Я рад, что ты не едешь. По-моему, их чересчур мало, – сказал ему Мордион.
– Конечно, их слишком мало! – поддержал его человек, стоявший рядом с ними. – Даже если преступники плохо организованы, в чем я сомневаюсь, стоило бы послать отряд побольше, чтобы наверняка одержать победу.
Мордион обернулся. Выяснилось, это сэр Бедефер, в своем светло-коричневом одеянии казавшийся заурядным простоватым здоровяком. Он стоял, широко расставив ноги, и разглядывал Мордиона. И тому и другому явно нравилось то, что они видели.
– Преступники нас не любят, – заметил сэр Бедефер, отворачиваясь, чтобы посмотреть на всадников, чьи доспехи поблескивали между деревьями на другой стороне озера. – Мы отобрали у них продовольствие. Я бы, конечно, не стал этого делать, но моим мнением никто не интересовался.
Потом он спросил довольно резко, – похоже, резкость была ему свойственна:
– Этот ваш серебряный человек – вы сами его сделали?
– В сущности, я его переделал, – признался Мордион. – Чел нашел его в поврежденном состоянии, и я его починил.
– Искусно, – восхитился сэр Бедефер. – Я хотел бы взглянуть на него, если не возражаете. Он способен сражаться?
– Не очень умело. Ему запрещено причинять людям боль, – пояснил волшебник, покосившись на Чела. Заметив, что мальчик смотрит сердито, Мордион добавил: – Но он говорит.
– Почему-то меня это не удивляет, – сказал сэр Бедефер.
К тому времени последние воины уже исчезли за деревьями.
Сэр Бедефер посмотрел на Чела:
– Этот малый хочет стать рыцарем?
Просияв, мальчик изо всех сил закивал.
– Тогда пойдем со мной, – предложил сэр Бедефер, – будем тебя муштровать.
И они вместе направились вдоль зубчатых стен по направлению к лестнице, ведущей вниз к переднему двору.
– Думаете, у него получится? – тихо спросил Мордиона Бедефер, кивнув на мальчика.
– Полагаю, он зря потратит на это силы, – искренне признался волшебник, – но это то, чего он хочет.
Брови сэра Бедефера приподнялись.
– Похоже, вы говорите исходя из собственного опыта, волшебник. Когда-то и вы обучались, не так ли?
Проницательный человек, сэр Бедефер. Мордион понял, что в очередной раз (за это Энн всегда его ругала) подменил мнение Чела своим собственным. Если бы мальчик стал кем-то вроде сэра Бедефера, в этом не было бы ничего плохого – кроме того, что и сэр Бедефер, наверное, зря потратил на это силы.
– Да, я прошел обучение, – признался волшебник. – Ничего хорошего из этого не вышло.
Стайка дам засеменила вниз по лестнице.
– Так я и подумал, – сказал сэр Бедефер, пока они вежливо отходили в сторону, пропуская дам вперед. – Приятное зрелище, не правда ли? – добавил он, кивая на дам.
И впрямь приятное – тонкие талии, колышущиеся головные уборы, разноцветные платья. Мордиону пришлось признать, что в лесу такого не увидишь. Когда девушки проплывали мимо, шелестя нарядами, болтая и смеясь, он заметил, что одна из них – та самая блондинка, одолжившая ему свой пояс. Чел уставился на нее так же, как и прошлым вечером. Похоже, он был совершенно очарован. Дама, шедшая за ней, была ниже ростом и пышнее, с приподнятыми скулами.
– Энн! – позвал Мордион.
«Он меня знает!» Резко обернувшись, Виерран увидела изумленную и изумительную улыбку Мордиона. Горестное страдание у нее внутри сдалось под напором огромной, всепоглощающей теплоты.
– Меня зовут Виерран, – поправила она, чувствуя, что ее лицо сияет так же, как лицо Мордиона.
– А я всегда подозревал, что ваше имя должно быть длиннее, чем Энн, – заметил он.
Все обходили их стороной и спускались, а они так и стояли вместе на самом верху лестницы.
