Зачарованный нимфой полностью

Излишняя публичность никогда не вызывала в Нэше энтузиазма, но предстоящая встреча с журналистом была частью благотворительной кампании. Он не мог отказаться.

— Встречусь с ней в баре нашего отеля.

Приближаясь к своей машине, Нэш еще раз сверился с часами на левой руке:

— Буду там со своим знакомым, но пусть особенно не радуется, я уделю ей лишь пару минут, не больше.

Одно из малых преимуществ знаменитого человека — люди могут подождать. Он распахнул дверцу своего спортивного автомобиля, но засмотрелся на то, какими красками переливалось море под ярким полуденным солнцем. Каллен продолжал говорить в телефон что-то об отдельном столике в баре.

— Нет, приятель, никакого столика. Улажу все за пять минут.

Джон Каллен был менеджером Нэша с давних нор, с самого начала карьеры в гонках. Именно этот человек охранял его от излишнего внимания прессы и налаживал полезные деловые контакты.

Официального заявления о том, что Нэш примет участие в майском Гран-при в Монако, не было, однако одно его присутствие вызвало много шума в газетах. Журналисты словно с цепи сорвались, ведь за победу также будет бороться многократный чемпион Антонио Абруци. Вот почему переговоры проводились тайно, в уединенном баре, с охранниками, оцепившими периметр.

Нэш нажал отбой и сел в машину, стремясь как можно быстрее вырваться из города.

Под его руками двигатель мгновенно заурчал, как довольная кошка. Он оценил плотность движения, затем машина мягко тронулась с места, оставив позади высокое здание офиса. Только что завершилась крупнейшая сделка — швейцарская компания теперь будет выпускать машину собственного дизайна Нэша, задуманного им еще в самом начале карьеры. Но в то время любой, с кем бы он ни поделился своими планами, поднял бы его на смех.

Но, по удачному стечению обстоятельств, Нэш был человеком неболтливым. Отец-алкоголик воспитал его таким, привив ему желание молчать. Журналисты окрестили его «самодостаточным и независимым». По словам бывшей любовницы Нэш был «бездушным мерзавцем».

Тем не менее Нэш добился уважения. Ему было лишь тридцать четыре, он преуспевал в самом опасном виде спорта, и перед ним расстилалась перспектива заниматься любимым делом не менее десятка лет. Ему удалось соединить глубокий профессионализм и страсть к машинам и превратить дизайн во вторую профессию. Весьма прибыльную.

Эта работа во много раз затмевала знаменитость Нэша как гонщика. Он был очень востребован и мог диктовать любую цену за свою работу. Он стал элитой гоночного мира. Но Нэш не переставал задаваться вопросом: «Что же дальше?»

Дорога опустела. Нэш переключил скорость и стал подниматься вверх по склону. Сегодня у него было свидание с прекрасной машиной. Абсолютно новая модель в его коллекции, умопомрачительные изгибы корпуса. Ничто не могло задержать его на пути к ней, Нэш торопился. Обычно он никогда не покупал автомобили вслепую, но в этот раз сделал исключение. Его утро было свободным, и, чтобы как-то убить время, Нэш решил навестить возлюбленную и, возможно, спасти ее из недостойных объятий.

Природа за окном поражала своим великолепием, равно как и все в этом городе. Сам дом, куда направлялся Нэш, был знаменит тем, что в свое время служил местом добровольного изгнания некогда великой актрисы двадцатых годов, и Нэш был слегка заинтригован. Он часто проезжал мимо, но впервые ему представился случай попасть внутрь.

Снизив скорость, Нэш неспешно двигался по подъездной аллее, обсаженной липами. От увиденного он и вовсе забыл нажимать на газ — даже благодаря густым зарослям бугенвилий было трудно скрыть тот факт, что дом весьма нуждался ремонте.

Потом он заметил ее. Нэш выскочил из машины, едва дождавшись полной остановки, и устремился к объекту своей страсти, торчавшему из цветочной клумбы. Спортивный автомобиль тридцатых годов окончательно испустил дух в цветнике, обсаженном небольшими розовыми кустами. Одна из дверец свободно болталась на петлях, подобно сломанной руке. При виде этого каждый мускул в теле Нэша напрягся. О нет, он не был зол, чувство, обуявшее все его существо, во много раз превосходило эту эмоцию.

Он был в ярости.

Однако Нэш умел себя контролировать. Такое сильное чувство, как гнев, могло сослужить хорошую службу, будучи направленным в нужное русло. Со стороны сада к нему спешно приближался невысокий плотный человечек в садовых перчатках, перепачканных землей. Он воздевал руки к небу:

— Мсье! Несчастный случай с машиной!

Да, это можно было назвать так. Нэш больше не мог сдерживаться.

Сладко потянувшись, Лорелей Сент-Джеймс с удовольствием ощутила шелковую прохладу своей постели. Перекатившись на другой бок, она приготовилась проспать весь день, но до нее с улицы донеслись мужские крики.

«Забудь об этом».

Она накрыла голову второй подушкой. Голос все не умолкал, становясь громче и пронзительней. Голова еще плотнее погрузилась в подушки.

«Машина разбита! Что теперь?!»