— Это мясо на улице на огне жарить. Вот в этой жаровне пережигают полешки до угольев и над жаром мясо жарят в решётках и на шампурах. Накалывают кусочки мяса и укладывают на жаровню. Но мясо нужно сначала замариновать.
— Нарисовано всё очень понятно. Сделаю. Угостишь новым блюдом? — улыбаясь, спросил кузнец.
— Обязательно. Как готово будет, Ярунка пришлю с гостинцем. Понравится, как приготовить у наших поварих расспросишь, или жена.
— Так нет у меня жены, — развёл руками Вакула.
— Извини. — Мне стало неловко. Может тему недозволенную задела.
— Не извиняйся. Просто нет тут дев мне под стать, мелкие.
— Так в других местах поискать надо. У нас в гости Кентавр приехал. Парень мало мельче тебя будет. У них девы тоже крупные, статные.
— Уж не Волес ли Китаврусский гостит?
— Он самый. Что, знакомец?
— Двоюродной сестры сын.
— А ты приходи. Вот изделия свои доставишь и встретитесь. Поужинаешь с нами. Приходи, — настоятельно пригласила я Вакулу.
— Приду, — пообещал он.
— А за подносом я Ярунка вечером пришлю.
На том и распрощались.
На крыльце стояли Ольгер с Радимом.
— Куда ходила? — обеспокоенно спросил Ольгер.
— В Махотки, к кузнецу. А что? Что-то случилось?
— Нет. Но могло, — улыбаясь, сказал Ольгер.
— Хм. Что же такое могло случиться? — удивилась я.
Ольгер насмешливо посмотрел на друга. Радим хмурил брови, покусывая уголок нижней губы.
— Переполох мог случиться. Младший помощник, когда Олев сказал, что ты ушла с Майей в свою комнату, не дождавшись тебя, пошёл искать. Майя ему сказала, что ты в бассейне. Он туда, а его не пустили. Потом ты исчезла. Вот стоим, высматриваем. Ещё немножко и всех на ноги подняли бы.
Я засмеялась.
— Молодец. Хороший помощник. Беспокойный.
— Анна, — серьёзно посмотрел на меня Радим. — Ты бы предупреждала кого-нибудь, что куда-то идёшь. Вон, хоть привратника.
— Спасибо за заботу, Радим. Привратника я с собой брала. А где остальные? Чем занимаются?
— А кто чем, — ответил младший помощник, — всем нам очень понравились ваши спортивные залы для игр. А почему они так называются? Я спрашивал, мне на тебя указали, что ты знаешь.
Ольгер хитро улыбался, поглядывая на меня.
— Уж не Ольх ли тебе посоветовал спросить у меня?
— Он.
— Спорт от слова спор. Тоесть оспаривают, кто лучше, быстрее, сильнее, более ловкий. Бегают, прыгают, плавают, на лошадях скачут. Интересно. И развлечение и для здоровья польза.
— У-у-у, ву-у-умная какая, — протянул, улыбаясь Ольгер.
И мы засмеялись.
— Пошли, помощники, в дом. Сколько времени? Ужинать ещё не пора, Ольх?
Ольгер посмотрел на часы.
— Через час.
— Может, в купальню ребят сводишь? С дороги как ни как.
— А девочки? — спросил Радим.
— Майя с Зариной в спальнях искупаются. А остальным нужно посоветоваться. Пусть в кабинете собираются.
До ужина собрались в кабинете. Обсудили ещё раз программу вечера. Кто что делает. Костюмы для концерта были развешаны в комнатке для переодевания, выгороженной ширмами, за задником сцены. Немного посудачили о гостях. А как же без этого? И направились в столовую, накрывать столы.
На ужин приготовили вареники с творогом и зелёным луком, с земляникой, запеченную буженину, мясо, пожаренное с луком и приправами, салат.
Пришли ребята, Майя с Зариной. Ольгер с Радимом сходили за вином.
Ужин прошёл в обсуждении спортивных залов, бассейна в купальне.
После ужина мы пригласили гостей в концертный зал.
Концерт удался на славу. Каждый номер сопровождался бурными аплодисментами. Особенно большой успех имели танцы. Под мелодию вальса «Берёзка» и хороводный танец «Венок». А ещё вызвали бурные аплодисменты частушки бабок Ёжок. Правда, пришлось после их исполнения делать пояснения некоторых терминов, кто такая Баба Яга и Леший. Да и после песен. Таким образом пополнили словарный запас наших гостей.
По окончании концерта Лина прошла на сцену, присела на краешек, обернулась к Лане.
— Подыграй, — и запела, опустив глаза долу.
Ребята переглянулись, и все дружно посмотрели на Вернуэля. Он, замерев, не отрывал глаз от Лины. А голос у Лины грудной с лёгкой хрипотцой.
Лина подняла глаза на эльфа и продолжила:
Допев до конца, Лина вскочила, весело засмеялась:
— Эх, жизнь хороша, и жить хорошо!
А мы дружно подхватили:
— А в нашей буче, боевой, кипучей и того лучше!