По крайней мере, мне не доводилось видеть ни одной инструкции к РПГ-7, где бы показывалось, как из самого распространенного боеприпаса к гранатомету – кумулятивной гранаты – сделать фугасный заряд. А надо всего лишь сделать небольшой надпил на корпусе кумулятивной гранаты, потом еще один, и еще – получается небольшое окошко размером чуть больше спичечного коробка. Взору открывается внутреннее убранство гранаты, а именно пустота кумулятивной воронки, благодаря которой и образуется струя раскаленной меди, способная как спица протыкать броню.
Вот в эту самую воронку я сейчас напихаю пластичное взрывчатое вещество, которое «эксперты» обычно называют пластитом или пластиковой взрывчаткой, а казенный армейский язык зовет просто и незамысловато – ПВВ-4. Пластит негигроскопичен, нерастворим в воде, представляет собой однородную тестообразную массу светло-коричневого цвета, легко деформируется усилием рук, что позволяет изготовлять из него заряды произвольной формы. Пластичные свойства сохраняются в широком температурном диапазоне, что позволяет комфортно работать с ним не только в Якутии, но и в Сахаре.
Пластита у нас несколько ящиков, расфасован он в килограммовые брикеты, замотанные в бумагу. Я достаю липкий «пластилин» и запихиваю его внутрь кумулятивной гранаты через выпиленное окошко, плотно трамбуя пальцами.
– Надо хорошенько его трамбовать, чтобы не было свободного пространства, – комментирую я свои действия, объясняя, как из обычной кумулятивной гранаты сделать фугасную.
Передо мной сидят «маслопупы» из команды Шута, «мазута», оставшаяся без танка и одной БМП. И поскольку танкисты перешли в разряд пехоты, то надо поделиться с ними своим опытом и знаниями.
Шут и остальные безлошадные «маслопупы» внимательно следят за моими манипуляциями. Сперва они, конечно, напряглись, видя, как я ножовкой курочу кумулятивный снаряд, но после краткого объяснения немного расслабились, хотя всё еще изредка бросали на меня опасливые взгляды.
– Противник, услышав характерное жужжание, зачастую занимает укрытие. После удара по нему вражеская пехота не всегда теряет способность к сопротивлению, и выкурить ее оттуда бывает очень сложно. Тогда и применяется коптер в связке с кумулятивной и газовой гранатами.
Я показываю, как лучше всего прикрепить к дрону-камикадзе не только кумулятивную, но еще и газовую гранату.
– Не все имеют противогазы, не все успевают их надеть и потому со слезами на глазах выходят на свежий воздух. Вот такая история. И главное в ней – сделать правильные выводы. Противник тоже работает по схожей схеме, поэтому важно действовать хитрее и лучше.
– А не проще просто взять брикет пластита и сразу вставить в него взрыватель? – спросил мех-вод танка с позывным Хаван. – Зачем мудохаться с кумулятивной гранатой?
– Проще, – кивнул я. – Но тут есть небольшая хитрость. Если противник успел углядеть, что в него летит дрон с брикетом взрывчатки, то он заныкается по полной, а заметив, что дрон снабжен только кумулятивной гранатой, может просто лечь на дно окопа, ведь струя раскаленных газов не так страшна на открытой местности. И тут ему бабах нежданчик! Опять же, пластит надо экономить, нефиг расходовать килограмм, когда и трехсот грамм хватит с головой.
– А как в полете себя ведет такая граната? – задал самый правильный вопрос Шут.
– Она тяжелее обычной кумулятивной гранаты, поэтому летит не так далеко. Самое главное – это не нарушить внешнюю структуру гранаты: на корпусе ничего не должно торчать. Поэтому выпиленный кусок оболочки либо отрываете на фиг, либо заворачиваете вовнутрь, а отверстие потом закрываете армированным скотчем. – Я тут же залепил выпиленное окошко несколькими мотками серебристого скотча. – Ну и по намотке скотча вы всегда будете видеть, какую гранату в вашем арсенале модернизировали. Ясно?
– Да, – нестройным хором ответили «маслопупы».
– Тогда валите к Жаку, он проведет с вами занятия по прикладной полевой медицине, – размашистым жестом руки отправил я шестерых бойцов на следующее занятие. – Хоть научитесь правильно жгуты и турникеты накладывать.
Мы хоть и находимся в полном окружении, вдали от непосредственного командования, но жизнь бойцов привязана к расписанию, включающему несение боевых дежурств, обучение и тренировки. Свободное время есть, но оно весьма условно свободное: бойцы обустраивают свой быт, и процесс этот кажется нескончаемым, потому что жить сносно (нет, не по меркам мирного времени, а просто чтобы чувствовать себя человеком в разрушенных войной постройках) можно, только постоянно что-то ремонтируя, перестраивая и прибираясь.
Личный состав должен всегда находиться в «работе», иначе появится лишнее свободное время, и в голову полезут всякие нехорошие мысли. А оно нам надо? Нет, не надо! Поэтому если ты не несешь боевое дежурство, не занят хозработами, не спишь или не принимаешь пищу, то, будь любезен, учись и перенимай опыт старших товарищей.
