Получив магию Тлена и прикоснувшись к мистическим тайнам родного мира, Ник понимает, что самые короткие и надежные пути к могуществу лежат за пределами родного мира. А талант Ключника дает возможность не просто открывать Двери, но и проникать очень глубоко по Вееру Миров… если, конечно, Ключ достаточно силён. Вот только приходится учитывать основную доминирующую силу в земной реальности – Орден Хранителей, который почти наглухо перекрывает пути в иные миры не только для рискованных одиночек, но и для мистических родов с многовековой историей. Так может сперва прикинуться примерным учеником этого Ордена, изнутри узнать тех, кто столь любит ставить преграды перед желающими сил и знаний?
Пролог
Боль и наслаждение, страх и восторг, ужас и благоговение, отчаяние и надежда… Лица способны были отражать как отдельные эмоции, меняя их порой с безумной скоростью, так и самые причудливые сочетания. Множество же лиц, к каждому из которых была крепко «пришита» душа, становились и источниками силы, и источниками развлечения для хозяйки домена. Сильного, старого домена, который она удерживала за собой не то что много веков — срок власти сей женщины успел перевалить за тысячелетие.
Атали, дочь Элмира, внучка Волфера, любила лежать почти нагишом на мягких, обработанных исключительно магией шкурах гигантских медведей, что были убиты во время охоты ещё там. на её родной земле,. Не просто на родной, а когда она ещё не раскололась на множество доменов, потом раскиданных Ветрами Хаоса и Притяжениями Порядка по бесконечному Вееру Миров. Лежать, смотреть на меняющееся пламя, показывающее хозяйке то картины прошлого, то настоящего, то возможные варианты будущего, меняющие друг друга даже не по малейшему желанию, а лишь по подсознательному стремлению. Так могли проходить часы, дни, порой недели.
Скука, попытка убежать от рутины могущественного мистика? Ни в коем случае! Атали вообще не представляла, что такое скука, ведь вокруг было столько новых и старых разумных, друзей и врагов, с каждым из которых её что-то да связывало. И многочисленные замыслы, многим кажущиеся хаотичными, порой нелепыми, всего лишь средством провести бесконечные года и века не в праздном ничегонеделании. А на деле… Ступени, ведущие к главной цели, о которой если кто и знал, то друзья-подруги, число которых было сравнимым с пальцами одной руки. И те родичи, с которыми её, уже три века как архонта и изо всех сил рвущуюся к рангу примарха, связывала не только кровь, но и близость духа.
— Что, многоголосые вы мои душеньки, слышите? — обратилась она к тем самым лицам, не висящих на стенах, а временно слившихся с ними. — Куда вам… А слышать надо! Не умеющие улавливать шёпот грядущих перемен могут кануть в такую бездну. Что из неё придётся выбираться тысячелетия… если сумеешь сохранить сознание, не раствориться в воплях из глоток Повелителей Неподвижности.
Лица и стены. Живая плоть и псевдоживой камень, пленённые до поры души и полуразумный замок, обладающий сложнейшими инстинктами, но сознанием не выше, нежели ледяной тигр. Собственно, именно душа последнего, давнего её домашнего любимца в незапамятные времена, и стала основой сущности-стража, что не способна была предать ту, кого знала чуть не с младенчества.
Жестокость? Нет, Атали не была замечена в излишней и вообще доброте, но те немногие, кого она считала своими, воспринимались ей как продолжение собственной личности. Вот и тот ледяной тигр… Продлить жизнь тогда не было возможности, лишь погрузить в «хрустальный сон» на долгое время, после чего дать новую, не совсем жизнь. Домашний любимец таковым и остался, просто изменился, потеряв материальное тело, но став чем-то гораздо большим. Да и поговорить с ним можно было, как и тогда, в детстве.
— Уходят пленённые души врагов и просто случайные трофеи, Крисп, — вздохнула Атали, глядя на мужское лицо с кожей изумрудного оттенка и немигающим третьим глазом посреди лба. — Вот и этот пленник того и гляди вырвется на волю. Такая полезная душа… была. Усиливать преобразования плоти в сторону повышенной устойчивости к химеризации по типу Хаоса… Пятьсот сорок лет продержала, а только без малого два века использовала так, как нужно, не ошибаясь. Крисп?
Полупрозрачный тигр, соткавшийся из воздуха, лениво зевнул, показав острейшие клыки, после чего плюхнулся рядом, с полным пофигизмом относясь к тому, что тела как такового у него и нет.
— Хороший кот, ты меня всегда слушаешь. Только не отвечаешь. Другие… Помогают, поддерживают, но робеют, не идут дальше. «Подожди, внучка! Мой сын поспешил и теперь чтобы вытащить его от подножья Хребтов Отчаяния, нужны века и века», — передразнила она одного, своего деда. — Я тоже хочу вернуть его. Хочу, оттого и разбиваю преграды. Как тогда, когда решался вопрос о передаче Механизма! Помнишь, кот?
Тигр лишь шумно вздохнул и боднул большой головой хозяйку-подругу. А что голова проходила сквозь её тело… Кошки, они так и оставались кошками, несмотря на размер, возраст, мистические особенности.
— А вспомни Лартейю? Подружка так привыкла интриговать, что сама иногда забывает, кто из её как бы друзей кому враг, а для кого инструмент. Запутается, потом сюда прибегает. Атали. помоги! Атали. мне нужно этого спрятать, этого развоплотить, чтоб века два заново воплотиться не смог. А как мне понадобилось найти обходной путь по тропинкам мимо тех доменов, где меня обязательно узнают? «Тлеющая, я тебе редких артефактов принесла, маскирующих и защитных, а ещё эти наёмники, они такие мужественные и опытные…»
— Фр-р! — потряс огромной головой кошак, после чего стал вылизывать лапу и «намывать гостей».
