Это был глас вопиющего в пустыне. То есть пустыней происходящее у выхода из восьмого «А» назвать было трудно. Скорее это напоминало вавилонское столпотворение. Словам учительницы ребята не вняли. Они вообще их не слышали. Лишь чудом не снеся с петель дверь класса, гогочущая лавина вылетела в коридор и устремилась к библиотеке.
Учебники им выдали быстро. Опытная пожилая библиотекарша Ксения Анатольевна первым делом потребовала:
— А ну, прекратить галдеж! Всем выстроиться по алфавиту!
Тише в библиотеке не стало. Даже наоборот, ибо ребята с фамилиями на одну букву немедленно затеяли спор, кто должен стоять впереди, а кто — сзади.
Библиотекарша мигом отреагировала на ситуацию:
— Построиться согласно списку в школьном журнале!
Тут как раз в библиотеку подоспела Ольга Борисовна, заметно отставшая по пути от своих подопечных.
— Сейчас, Ксения Анатольевна!
Ребята начали строиться.
— А мне куда встать? — озадаченно спросил Иван.
— В самый конец, — отвечала классная. — Вот сюда. Перед Яковлевым, — и она указала пальцем на невысокого мальчика, замыкавшего строй.
Чувствуя на себе пристальные взгляды, Иван направился туда. После чего процесс, как говорится, пошел.
К концу первого урока восьмой «А» благополучно возвратился со стопками учебников в кабинет литературы.
— Что ж, начнем классный час, — уселась за стол Ольга Борисовна. — К этому учебному году каждый из вас должен отнестись с особенной ответственностью.
— По-моему, к прошлому мы должны были отнестись точно так же, — снова вырвалось у Варвары.
— Панова! — воскликнула учительница. — Может, ты за меня классный час проведешь?
— Нет, Ольга Борисовна, что вы. Я не смогу, — с подчеркнутой вежливостью отвечала та.
— В таком случае помолчи и послушай, — повысила голос учительница. — Восьмой класс — это своеобразный этап. У вас появится много новых предметов…
— О господи! — раздался стон того самого Вовы Яковлева, перед которым Иван стоял в очереди за учебниками. — И прежних-то предметов было больше чем достаточно.
Остальные засмеялись. Ольга Борисовна, будто не слыша Яковлева, продолжала:
— К прежним дисциплинам у вас прибавятся химия, экономика, экология и мировая художественная культура.
— Я что-то не понял, — вновь подал голос Яковлев. — Экология и мировая художественная культура вместе или раздельно?
По классу вновь пронеслись смешки.
— Ты, Яковлев, сегодня крайне остроумен, — сухо произнесла Ольга Борисовна.
— Он наступил ей на больную мозоль, — склонился Луна к самому уху Ивана. — Мировая художественная культура — конек нашей Ольги.
— Я не острю, а спрашиваю совершенно серьезно, — продолжал
тем временем Вова Яковлев.
— Ну, если серьезно, тогда отдельно, — решила пресечь дискуссию классная. — Экологию у вас будет вести новая учительница биологии.
— А где Нина Федоровна? — поинтересовалась одна из девочек.
— Она летом вышла замуж, — внесла ясность классная руководительница. — И переехала к мужу в Петербург.
— Жалко, — с тоской протянула та же девочка.
— Ничего не поделаешь, — развела руками Ольга Борисовна. — Жизнь есть жизнь.
— У человека семейное счастье, а Наташке жалко, — вмешалась Варвара. — Странная позиция.
— Мне не Нину Федоровну жалко, а себя, — огрызнулась Наташка. — Вечно ты, Варька, мои слова передергиваешь.
Судя по виду Варвары, она была не прочь продолжить спор. Но Ольга Борисовна опередила ее:
— Что касается мировой художественной культуры, то этот предмет поручено вести мне. Но я буду не одна. Нашей школе удалось договориться с несколькими известными литераторами, художниками и архитекторами. Они прочтут вам спецкурсы.
— Кто именно? — поинтересовалась Варвара.
— Спецкурс по мировой литературе вызвался провести наш известный поэт Владимир Дионисович Гриппов.
Вид у Ольги Борисовны сделался столь торжественным, будто она произнесла фамилию Пушкина или, по крайней мере, Бенедиктова.
— Гри-и-и-пов? — безо всякого воодушевления протянул Вова Яковлев. — Я чегой-то такого не знаю.
— Ты, Яковлев, много чего не знаешь, — вступилась за классную руководительницу Варвара. Однако тут же скороговоркой добавила: — Но Гриппова, между прочим, и я не знаю.
— Ничего! — расхохотался почти наголо бритый широкоплечий мальчик, сидящий в противоположной части подковы. — Вот теперь и познакомишься!
— Кажется, нам сказали, что это известный поэт, — заявила Варвара.
— Для тех, кто читает, известный! — многозначительно произнесла Ольга Борисовна.
— А почему вы считаете, что я не читаю? — вспыхнула Варвара. — Я как раз всех читаю, кроме этого Гриппова.
— Вот как? — улыбнулась Ольга Борисовна. — В таком случае, назови других известных современных поэтов.
Варвара на мгновение задумалась. Затем медленно произнесла:
— Ну, например, Вознесенский, Евтушенко…
— Разве они ещё живы? — с искренним изумлением воскликнул Вова Яковлев.
— Живы, — заверила Маргарита. — Я точно знаю. Вчера по телевизору показывали похороны. И они там оба читали свои стихи, написанные специально по этому поводу.
— Ну, тогда молчу, — успокоился Яковлев.
