Ужасные события, развернувшиеся на просторах Африки, заставили Би, Картера и Теодора отправиться туда, где они могли бы обрести покой и начать новую жизнь, – в Америку! Здесь, на семейном ранчо Кингсли, они находят поддержку родных людей и… новые загадки! По всей округе распространяются печальные новости: все больше фермеров находят своих завров мертвыми. Всем известно, что поблизости нет ни одного опасного дикого хищника. Но таинственные существа с огромными когтями и клыками каждую ночь убивают животных. Откуда они появились? Как их поймать? И при чем здесь враги Би и Картера, которые преследуют их еще с островов Ару?
Мышонку, Медвежонку, Лисенку и другим моим друзьям
Грейс Кингсли проснулась от испуга и убрала с лица прядь влажных волос. Ей показалось, что хижину сильно тряхнуло. И в самом деле, в тонкую стену, сложенную из пальмовых стволов и досок, снова кто-то ударил. Грейс села на жесткой кровати и протерла глаза. Ребенок мирно посапывал рядом, его маленькая грудь ритмично вздымалась.
Хижина была наполнена сырым, тяжелым воздухом, который медленно колыхался после каждого налета муссона. Сквозь щели в стенах виднелось вечернее темно-оранжевое небо.
– Грейс, ты проснулась? – спросила с порога Яра, зажигая фонарь.
– Вроде да. – Грейс медленно подвернула под себя ноги и ласково погладила нежную щечку Картера, ее чудесного сыночка. – Франклин вернулся?
– Пока нет. Ты голодна? У меня есть тушеная рыба, – предложила Яра.
– Спасибо, Яра, позже. Знаешь, я подумала, что началось землетрясение.
– Нет-нет, все спокойно. Это проказничают Джанти и другие килосы. Негодники выбрались из загона и вздумали устроиться под хижиной. Сегодня завров так и тянет играть. Пока ты спала, сюда влетели три риптуса – мне пришлось отгонять их от малыша.
Завернутый в пеленку младенец пошевелился, выныривая из глубокого сна, и заморгал.
– Ну, покорми своего сыночка. – Яра улыбнулась и ушла.
Вскоре оранжевые полосы солнечных лучей потускнели. Возле хижины послышались голоса. Грейс напрягла слух, пытаясь угадать их обладателей, но люди щебетали на местном языке. Потом один басовитый голос перешел на английский:
– Они снова сбежали! Я хорошо помню, что запер ворота, когда пригнал их с пастбища в загон. Что они вытворяют?!
– Они залезли под хижину. Наверное, услышали детский плач и захотели поглядеть на ребеночка, – пошутила Яра.
– Не говори глупости – мальчуган еще ни разу не заплакал. Я даже сомневаюсь, что килосы или наши соседи догадываются о его существовании. Завров всю ночь что-то пугало. Знаешь, когда я шел в Новый город, я видел на краю джунглей тенезавров – они никогда еще не подходили так близко к Старому городу.
– Я посадила короткорогих тритопсов в загон к килосам. Но ты все-таки почаще проверяй их, а то они снова сбегут, – сказала Яра. – Франклин не с тобой?
– Я посоветовал ему остаться в городе, хорошо провести вечер и выспаться в гостевом доме. Когда я уходил, он разговорился с еще одним белым. Они вроде бы подружились и выпили в честь новорожденного.
Хижина внезапно пошатнулась, подвешенная к потолку лампа заходила ходуном, по стенам заплясали тени. Билло, ругаясь, выскочил на улицу в сгущавшиеся сумерки.
– Хватит тереться о стену, неуклюжий чурбан! – Остальные слова он произнес на местном диалекте.
Внимание Грейс снова вернулось к Картеру, ее маленькому сыночку, который теперь высвободил ручонки и потянулся, сытый и довольный, не обращая внимания на шум и крики. Грейс взяла его ладошки в свои, похлопала ими и запела старинную песенку: