Братья были строго наказаны. Два дня они входную дверь не открывали. Даже собственной маме, которая, забыв дома ключи, вернулась раньше обычного. На третий день бабушка, придя из парикмахерской, повстречала у себя на кухне господина неопределенного возраста. Уничтожая огромный бутерброд, намазанный толстым слоем черной икры, которая была припасена ко дню рождения Пашкова-старшего, «гость» резался с Лешкой и Сашком в домино, сопровождая каждый свой ход весьма выразительной, но крайне ненормативной лексикой.
Разумеется, бабушка немедленно выгнала господина. Братья были возмущены. Но на бабушку это не подействовало. Вечером состоялся семейный совет. А неделей позже Пашков-старший привез из командировки хитрый замок. Когда его запирали на три оборота, открыть дверь изнутри не представлялось возможным.
Правда, последние несколько лет третьим оборотом никто не пользовался. И вот бабушка, по всей видимости, случайно, заперла дверь, как прежде.
— Мне же на консультацию надо! — взвыл Лешка.
Дело, конечно, было не только в этом. После консультации они договорились собраться у Олега, чтобы окончательно выработать план расследования.
— Здравствуйте! — обрадовался Пашков. — Вы живы?
Старичок сперва замер на месте. Затем с воплями;
«Грабят,! Убивают!» — выскочил из квартиры.
— Куда ее, интересно, унесло? — метался по квартире Лешка.
— Она вроде к Людмиле Марковне собиралась, — вспомнил Сашок.
— Тогда полный облом! — схватился за голову Лешка.
Людмила Марковна была бабушкиной институтской подругой. Жила она далеко, и к тому же в ее квартире не было телефона. Поэтому когда бабушке удавалось к ней выбраться, старые подруги болтали до позднего вечера.
Разбирать хитрый замок братья не рискнули. Сашок, правда, советовал. Но Лешка сказал, что у него потом не останется времени, чтобы собрать «эту штуку» снова. А открытой дверь оставлять нельзя. Подумав, старший брат избрал другой способ.
— Пойду через соседей.
У Пашковых был один общий балкон с соседями. Границей служила тоненькая перегородка. Преодолеть ее Лешке ничего не стоило. Поэтому, сказав Сашку, что сейчас его выпустит, Лешка в мгновение ока перемахнул к соседям.
Балконная дверь у них была открыта. Лешка прислушался. Из глубины квартиры доносились какие-то странные звуки.
— Ну, как там у тебя? — послышался из-за перегородки голос Сашка.
— Заткнись! — велел ему Лешка.
Из квартиры донеслись стоны. Лешка вздрогнул.
— Ты чего? — вновь подал голос неугомонный Сашок.
— Кажется, соседу плохо, — прошептал Лешка.
— Тогда я с тобой, — немедленно вызвался Сашок.
— Сиди на месте, — показал ему из-за перегородки кулак старший брат. — Может, тебе еще в «Скорую помощь* придется звонить.
Стоны не прекращались. Лешка поежился. Б соседней квартире жил одинокий старичок. Правда, вообще-то он был еще достаточно крепким, но всякое случается…
Лешка на цыпочках проник в квартиру и оказался на кухне. Тут стоны слышались еще громче. Затем они резко оборвались. Лешка услышал приближающиеся шаги. Не успел он еще что-либо сообразить, как на пороге возник тот самый старичок.
— Здравствуйте! — обрадовался Пашков. — Вы живы?
Старичок сперва замер на месте. Затем с воплями: «Грабят! Убивают!» — выскочил из квартиры.
— Во бегает! — восхищенно пробормотал Пашков.
Он направился следом за старичком к входной двери, однако, дойдя до нее, вынужден был изменить планы. С лестницы доносились голоса соседей.
— Я уже вызвала! — кричала соседка слева. — Сейчас прибудут.
— Нечего дожидаться, — гудел сосед, живший справа от Пашкова. — Сейчас ружье заряжу, и пойдем сами его брать!
«Какое ружье? — пронеслось в голове у Лешки. — Не было у него раньше ружья. А вдруг появилось?» Тут до мальчика окончательно дошло, что ситуация складывается крайне неблагоприятная. Старичок его не узнал. Видно, ему почудилось, что в квартиру залезли воры. А если даже и узнал, то это, может быть, еще хуже. Каждый из соседей имеет на него, Лешку, и на Сашка какой-нибудь зуб. А потому не упустят возможности сдать их в милицию. А пока там разберутся, целый день пройдет.
К двери уже подходили. Лешка заметался по передней. Заметив встроенный шкаф, мальчик юркнул туда и затворил за собою створку. Мгновение спустя в квартиру ворвался народ.
— Сейчас мы его, Капитоныч, — гудел сосед справа.
Лешка сквозь щелку увидел, что никакого ружья у него нет. Сосед бурно размахивал лыжной палкой. Ситуация, однако, от этого лучше не становилась. Не сидеть же всю жизнь в этом шкафу. Тем более что дедок по старинке щедро пользовался нафталином. И Лешка понял, что скоро задохнется.
— Он там был, на кухне, — руководил старичок самодеятельной поисковой группой.
— Как же, Капитоныч, он к тебе попал? — спрашивала соседка слева. — Дверь-то вроде в порядке.
— У них теперь мода через балкон проникать, — прогудел сосед справа. — Или по веревке с крыши спускаются, либо на подъемнике их сообщники доставляют.
Голоса уже доносились с балкона. Лешка понял: сейчас у него единственный шанс выбраться целым и невредимым. И он пулей вылетел в раскрытую дверь.
Уже несясь по двору, Лешка услышал сверху тоскливый вопль:
