Как-то неожиданно быстро наступило утро. Только, вроде бы, успел сон глаза сомкнуть, как подниматься пора настала. Солнышко успело так нагреть крышу палатки, что температура внутри её стала напоминать сауну! Генка бодрячком вскинулся, выскочил наружу, и просто обомлел! Свою упавшую нижнюю челюсть парень еле успел поймать уже где-то в районе груди. В нежном утреннем свете дворец Иванниковых стоял перед ним целёхонький и невредимый! Во всей своей былой красе и великолепии! От ажурных кованных ворот к мраморному крыльцу с широкими ступенями и рядами стройных колонн, напоминавших античную Элладу, вела вымощенная белой брусчаткой дорожка, вдоль которой благоухали крупным цветом шикарные кусты роз. Генка мгновенно забыл и про завтрак, и про всё на свете. Как зачарованный, он медленно пошёл к воротам, которые без скрипа распахнулись перед ним от одного лёгкого толчка в створку. Парень двинулся по брусчатке к крыльцу, роса на тёмно-зелёных листьях роз светилась и играла тысячей оттенков в утреннем солнце, подобно маленьким бриллиантам, а аромат цветочной утренней свежести кружил голову и волновал кровь, заставляя её бежать быстрее по артериям и венам. Сердце колотилось, как сумасшедшее, а разум был весь в предвкушении и ожидании скорого чуда, которое вот-вот-должно было свершиться. Подойдя ко входной арке, украшенной искусно изготовленной резной дверью-рамой для цветного венецианского стекла, Генка увидал двух лакеев в парадных ливреях и напудренных париках, стоявших по обе стороны двери. Они оба, приветствуя, молчаливо склонились в низком поклоне перед парнем, как будто он был важным и почётным гостем, которые нечасто посещают этот дом. Затем, не переставая кланяться, распахнули перед Генкой обе створки двери, сопровождая свои действия широким приглашающим жестом. Войдя в просторный холл, убранство которого было выполнено в красно-золотой гамме, Гена залюбовался произведениями живописи неизвестных ему художников, коими были во множестве украшены стены. Здесь были изображены портреты мужчин и женщин, батальные и охотничьи сцены, поражали тончайшей работой пейзажи и натюрморты. Парень замедлил и без того небыстрый шаг, всё больше очаровываясь увиденным. От холла влево и вправо уводили два больших коридора, а прямо перед ним была широкая мраморная лестница на второй этаж, с красивыми перилами, также красно-золотыми в тон холлу. По этой лестнице навстречу Генке спешила молодая девушка, одетая в воздушное белое платье с кринолином по тогдашней моде. Дробный стук её каблучков по ступеням лестницы заставил оторваться от картин, и вернул Генку в реальность. Девушка лёгким ветерком подбежала к нему, мила и непосредственна. Она чуть запыхалась от быстрого бега, щёчки горели румянцем, а большие чёрные глаза в обрамлении пушистых длинных ресниц светились юной радостью.
– Здравствуйте, Геннадий! – мелодичным колокольчиком зазвенел голосок прелестной девы – меня зовут Анна Тихоновна, графиня Иванникова. Пойдёмте же скорее, мой батюшка Тихон Игнатьевич давно ждёт Вас в своём рабочем кабинете! Он желает видеть и говорить с Вами.
С этими словами юная графиня схватила Генку за руку и повлекла за собой вверх по лестнице. "А меня здесь, оказывается, знают…" – подумал Генка – "и непросто знают, а даже ждут! Ого, с какой силой эта девица тащит меня наверх! Не каждый мужик так сможет"…
Еле успевая за своей спутницей, Генка вскоре оказался перед тяжёлой дубовой дверью, украшенной рельефной бронзовой инкрустацией. Массивное кольцо в носу бронзовой головы льва три раза ударило в бронзовую гриву на груди зверя, и из кабинета раздался громкий, грубый голос:
– Войдите!
Едва Генка перешагнул порог, как его и Анну со всех сторон окружили какие-то молодые люди, почему-то говорившие все одновременно, и от этого не слишком внятно. Их повлекли к овальному столу, стоявшему в самом центре кабинета, во главе которого в кресле, более походившем на богато украшенный трон, сидел немолодой мужчина с волевым лицом и пронзительными, но умными глазами. Вперив в Генку свой тяжёлый, давящий взгляд, Тихон Игнатьевич молча, одним лишь властным жестом, отогнал суетившихся возле парня молодых людей. Те, усадив Геннадия на стул у стола, поспешно отошли назад и выстроились в ряд у стены кабинета.
