В своем стихотворении «Обед» Заболоцкий вовсе не изображает людей, снижающих высокую церковную традицию и делающих ее, по Рабле, своей собственной. Вместо этого он описывает, как овощи и мясо отправляются в кастрюлю для супа и присваивают человеческие качества, тем самым «снижая» их. Опираясь скорее на материальный, чем на психологический акцент Декларации ОБЭРИУ, Заболоцкий персонифицирует ингредиенты своего супа не тем, что придает им человеческие эмоции, а тем, что превращает их в персонифицированную плоть. Общими характеристиками суповых ингредиентов и людей становятся их видимые, осязаемые свойства. Здесь «столкновение словесных смыслов» происходит во взаимодействии «очеловечивания» и «обовощевления» (несмотря на присутствие мяса в супе, основное послание стихотворения передают именно овощи).

Стихотворение начинается с вступления из четырех строк. Затем следуют две строфы, которыми практически можно пользоваться как рецептом супа, настолько они укоренены в конкретной реальности. «Строфы с рецептом» предзнаменуют то, что можно назвать «овощным евангелием» из заключительной части стихотворения. В двух заключительных строфах история супа пересказывается заново с использованием хорошо спрятанного религиозного подтекста – смерти, сошествия в ад, воскресения и преображения, – пропитанного образностью и богословием православной иконы. Стихотворение завершается приготовлением к евхаристии, с использованием Великого времени литургии для объединения прошлого, настоящего и будущего овощей и еще одного переворота устоявшейся иерархии.

ОбедМы разогнем усталые тела.Прекрасный вечер тает за окошком.Приготовленье пищи так приятно —кровавое искусство жить!Картофелины мечутся в кастрюльке,головками младенческими шевеля,багровым слизняком повисло мясо,тяжелое и липкое, едваего глотает бледная вода —полощет медленно и тихо розовеет,а мясо расправляется в длинуи – обнаженное – идет ко дну.Вот луковицы выбегают,скрипят прозрачной скорлупойи вдруг, вывертываясь из нее,прекрасной наготой блистают;тут шевелится толстая морковь,кружками падая на блюдо,там прячется лукавый сельдерейв коронки тонкие кудрей,и репа твердой выструганной грудьюкачается атланта тяжелей.Прекрасный вечер тает за окном,но овощи блистают, словно днем.Их соберем спокойными руками,омоем бледною водой,они согреются в ладоняхи медленно опустятся ко дну.И вспыхнет примус венчиком звенящим —коротконогий карлик домовой.И это – смерть. Когда б видали мыне эти площади, не эти стены,а недра тепловатые земель,согретые весеннею истомой;когда б мы видели в сиянии лучейблаженное младенчество растений, —мы, верно б, опустились на колениперед кипящею кастрюлькой овощей.[Заболоцкий 1972, 2: 32–33]
Перейти на страницу:

Все книги серии Современная западная русистика / Contemporary Western Rusistika

Похожие книги