«И нача Олг князь со Игорем веселитися, творяше пирования веселего много, и егда Олг князь на веселии рече боляром своим о себе, яко аз новый есмь царь Александр Македонский мудростию и храбростию надеяся обладати всем светом, да аще мог кто угонуть, от чего мне будет смерть, тогда бы тому много имения дал. И тогда прилучилися у Олга князя 2 мужа кудесника и рекоша к нему: то, господине, мы веду ем гораздо, от чего тебе, княже, хощет смерть бы: есть, господине, у тебя любимый конь твой, от того тебе будет смерть. Князь же Олег не полюби той смерти и возвещая своим боляром на сих кудесниках и рече: послушайте ecu, да скажю вам, како сии мужие прорекли мне смерть злую, яко от лучшего коня мне умрети. И по сем вопроси кудесников: и вам от чего будет смерть? Они же к нему рекоша: тебе, княже, от коня, а нам от тебя смерть будет. И рече князь Олг: «то будет по моей воли, и вас погубить не велю и на коне своем ездити не хощу, да не велю его водить перед себя». Да егда то будет, 7 лет минется. На осмое лето на пиру воспомянул Олг князь конь свои любимый и вопроси конюшего своего о коне: «Где тот конь мои любимый, от которого мне прорекри кудесники, что умрети мне от него?» Рече же ко Олгу конюшеи его: господине княже, уже 3 года минулось, как тот конь твои любимый умре. Князь же о сем посмеявся не мало и рече кудесником: ту суть неправии ваши речи. И тако князь Олг повеле их обесити на древе, и са князь всед на конь и поиде з боляры своими, и ехавши ему путеу, и обрете окрест града кость лежашу, главу коневу, и рече конюшеи ко Олгу князю: вот, господине княже, глава твоего любимого коня. И князь нача смеятися и речек: брате мои и друже, и те кудесники осуждены на смерть за то, что мне от него прорекли смерть. И сам князь Олг спиде с коня своего и ступи ногою на лоб, на сухую главу коневу, и рече глумяся: с от тебе мне прорекли умрети! И выкинулася змия из главы тоя великая и тако ужали князя Олга за ногу, и оттого разболеша и умре. И тако людие начата тужити о кудесниках, что их князь осуди без вины на смерть лютую»
(Рукописный Синопсис Ундольского, л. 83, об — 84.)Для верности даже указывали три могилы Олега: одну в Ладоге, а две в Киеве: одну у Жидовских ворот, другую — на Щекавице. У настоящего героя и могил должно быть много!
Кто же такой этот загадочный Олег, герой, на протяжении по крайней мере восьмидесяти лет потрясавший всю Европу, от запада до востока?
Да никто. Не было, скорее всего, никакого Олега как единого исторического персонажа. В этой явно стяжной фигуре слились образы нескольких скандинавских предводителей, удостоившихся этого имени-прозвища — «Хельгов», «Олегов». Был Хельг Одд, был Хельг Ролло-Рольф, были и другие «Олеги», и вычленить из этих преданий, какое деяние какому «Олегу» принадлежит, достаточно сложно, а в некоторых случаях — невозможно в принципе.
