…В результате польской интервенции каменная крепость в Борисове городке сильно пострадала. В донесении воеводы в 1630 г. отмечено: «В Борисове городке лошадью въехать не мощно, на лошади ни к одним вопросам моста нет, лестницы и обламы похнили, для вполошнава и пожарнова времени взойти на горад не мощна и башня ни одна не покрыта и житниц и запасу в городе никаких нет, а колодезь завалился и около колодезя земли обвалилось на все четыре стороны по три сажени, а тот, государь, колодезь был в городе в угле блиско городовой стены и тое башни, где стоит твоя государева пороховая и свинцовая казна и лестница обвалилася у той башни в тот же колодесь, по которой, государь, леснице ходили в твою государеву башню».
В росписном списке 1628–1629 гг. также указано: «В город мостов нет… а в ненасья и пешему взайти в город немочна…» Первое известное нам описание Борисова городка помещено в писцовой книге 137 г. (т. е. 1629 г.) письма и меры Никифора Неплюева и подьячего Алексея Берестова. В этой книге перечислено: «Село Борисово на реке на Поротве, что было то село государево дворцовое, а в нем храм, каменной вверх, во имя страстотерпцев Христовых Бориса и Глеба… Да на колокольнице двои колокола… Да в селе ж Борисове место церковное, что был храм во имя Иоанна Предтечи… Храм сожгли литовские люди… Да в селе ж Борисове место монастырское, что был монастырь Рождества пречистые Богородицы… Да в селе ж Борисове был государев сад, а в нем в длину и поперег две десятины, а ныне в порозжих землях. Да в селе ж Борисове, на Борисове городище, город камен, а на нем четыре башни каменные без кровли, а в нем изба караульная, в них дворов нет, стоит пуст, а в город одни ворота створные».
В конце сентября 1998 года, не проездом, а специально, довелось мне с соратниками по краеведению побывать в селе Борисове. На въезде со стороны Вереи, свернув с Можайской дороги налево, попадаешь прямо в центр слободы. Здесь, возле небольшого пруда, заросшего старыми, совсем припадающими к воде ветлами, стоит вековая русская церковь, перестроенная несколько десятилетий назад под неуклюжее и безликое здание клуба. На нашу просьбу быть добровольными провожатыми до городища откликаются два местных жителя.
Мимо пруда и старой, изуродованной воинствующим атеизмом церкви идем, минуя особенно унылое в осеннюю пору кладбище, в сторону высокого материкового берега Протвы. Дорога заросла муравой, залита красками листопада. Пустынно. С разговорами выходим на широкое поле. И тут же, неожиданно, как прозрение, в глаза бросается полная осеннего света и воздуха удивительная перспектива с юга — задумчивые холмы, с востока — торжественная даль! Ее оттеняют и дополняют среднерусское с холодным рисунком облаков небо, непререкаемый даже при солнце, ознобный сентябрьский ветер, сельское кладбище, застывший при всем этом какой-то крик из-за черты Забвения. Вот она, воочию открывающаяся только посвященным — магическая следотень, информационное поле исчезнувшего с лица земли русского средневекового феномена — Царева Борисова городка!
Не доходя городища, останавливаемся на самом гребне кручи. Отсюда оно точь в точь напоминает «живую голову» из известной пушкинской поэмы. На ее челе нет шлема — проступают залысины из мелко битого кирпича, бинты старой известковой пыли. Наши проводники утверждают, что подземелья, не описанные никем, в селе имеются. Земля здесь источена «арочными», из кирпича, ходами, траншеи под которые, видимо, давным-давно рылись открытым способом, а сами рукотворные подземные ходы скорее всего должны были соединять между собой крепость на городище и царевы каменные строения (церкви) вокруг нее.
Русские археологи по неизвестной причине сюда никогда не заезжали и профессиональные раскопки в селе, как утверждают мои проводники, не велись.
Отечественная «терра инкогнита» XV–XVI веков!
К чести можайцев, их районная газета печатала материалы об истории села Борисово. Но темы подземелий и тайны сокрытых в них ценностей специально в публикации не касались. Спрашиваю Алексея (со слов, на его приусадебном огороде имеются просадки, связанные с одним из древних подземных ходов) о минимальном заглублении кладки. Он отвечает, что метра два с половиной будет. И зачем-то предупреждает — копать нельзя! Да, время порой само проявляет следы старых, плохо документированных тайн из истории России.
Когда наши провожатые уезжают на стареньком мотоцикле, перебираюсь через все еще глубокие рвы на вершину Кремля Борисова. На ней — одинокая унылая братская могила времен Великой Отечественной войны. Тайне кремля на городище, вершину которого я меряю шагами, ровно четыре века.
