«Так. Добрались. Мои объяснения его все равно не устроят. Но попробуем.»
— Как долго у Грекова это увлечение?
— Имеете в виду коллекционирование?
— Имею в виду страсть к холодному оружию, ножам, кинжалам. Кстати, вы используете их по прямому назначению?
Марьянов сжал руки. Сидеть стало не удобно, он оттолкнул кресло, которое, податливо качнувшись, отступило в сторону.
— Прямое назначение любого оружия — это убийство. Защита или нападение, не важно. Я был в горячих точках. Мне приходилось убивать. И если вам интересно, вспоминать об этом мне не хочется. Но там была война. А здесь хобби. Это просто предметы коллекционирования, предметы искусства. Я ответил на ваш вопрос?
Марьянов подошел к солидному высокому шкафу, открыл его ключом и достал пару альбомов.
— Посмотрите, это издание 1900 года. «Гербы городов, губерний, областей и посадов Российской Империи с 1649 по 1900 годы», Павел Фон-Винклер. Возьмите в руки. Этой книге больше 120 лет. У нее особый дух, коллекционер всегда это почувствует. А это другой раритет — «Оружие» того же автора. Она даже чуть старше первой. Первая книга досталась Владимиру Сергеевичу от отца, а вторую он уже сам приобрел. Заинтересовался, начал собирать коллекцию ножей. Они ему нравятся больше, чем огнестрельное оружие. А чтобы иметь возможность рассматривать коллекцию в любое время или показать кому-нибудь, он фотографировал каждый предмет. Вот так и набрался этот альбом. Да, впрочем, каждый коллекционер так делает.
Следователь взял в руки тяжелый шершавый том, осторожно открыл и перевернул несколько страниц. Да, в этом что-то есть. Словно отодвигаешь театральную кулису и заглядываешь в мир, существующий по ту сторону повседневности, — непривычный, полуреальный, существующий по своим законам. Книга, действительно, завораживала, не хотелось выпускать ее из рук.
Андрей Климчук привык иметь дело с разными людьми и самыми разнообразными предметами, которые крали, продавали, которыми убивали. Но эта книга была из другого мира — она не касалась всей этой суеты, скандалов и страстей. Она хранила свою историю, она могла рассказать о многих событиях и разных людях. Преисполненная внутреннего благородства, уверенности и солидности, она распространяла вокруг себя дурманящий дух истории, замедляя время, гипнотизируя и притягивая к себе взгляды, словно некий уникальный персонаж, имеющий даже молчать так, что его все слушают, замолкая.
Андрей аккуратно отложил тяжелые фолианты и принялся рассматривать альбом с фотографиями ножей. Здесь уже не чувствовалась та гипнотическая дымка истории, которую он ощутил несколько минут назад. Обычные современные фотографии. Он посмотрел на хозяина кабинета. Алексей понял, что должен что-то пояснить. Хотя, что тут непонятного.
— Вот, теперь вы сами убедились, что Владимир Сергеевич ценит старинные вещи. Он любит эти книги и холодное оружие. Рассматривать их, к сожалению, он сейчас не может, но иногда берет в руки и подолгу держит. Это доставляет ему удовольствие, вы сами почувствовали это, когда держали в руках книги. Когда он берет в руки ножи, прикосновения, тактильные ощущения заменяют ему зрение.
Климчук убрал в папку добытые фотографии. Так, с коллекцией более или менее понятно. Теперь переходим к более сложному: действующие лица — Греков, Марьянов, Артем Тимченко, неопознанный убитый. Есть ли связь между кражей и убитым парнем? Еще неизвестно, куда пропал племянник Грекова, кто его девушка? Как все они связаны? Кто есть кто? Ху из ху?
10.
В своем кабинете Климчук чувствовал себя уверенно, хозяином положения. И хотя в первый визит в дом Грекова его встретили очень гостеприимно, гораздо лучше общаться, не выходя за рамки официальной беседы в казенном кабинете, ставшим для Климчука ближе, чем дом родной.
— Владимир Сергеевич, я вынужден поговорить о вашей фирме. Сколько человек там работает, как вы подбираете сотрудников? Вы сами прекрасно понимаете, что кражу совершил или заказал тот, кто видел вашу коллекцию. Давайте вернемся к тому, кто бывал у вас в доме.
— Гостей я у себя принимаю не часто, но иногда собираются старые знакомые. Приглашаю и партнеров. Знаете, бывает, что с человеком только познакомился, но возникает такое взаимопонимание, словно знаешь его много лет. Родство душ. Их я могу пригласить к себе. Был период, когда я на какое-то время замкнулся в себе, ни с кем не хотел общаться. Но потом понял, что так вообще одичаю. Не правильно это. Вернулся к своей коллекции. Когда зрение пропало, по скайпу общался. Иногда приглашал в гости тех, с кем хотелось продолжить знакомство. Обычно мне Алексей помогает, он видит этих людей, а я их только слышу и чувствую.
— Владимир Сергеевич, а на работе кто принимает решения, нанимает людей? Это ведь дело тонкое — у вас охранная фирма. Здесь нужно, чтоб люди все проверенные были. У вас Алексей Алексеевич всем руководит?
