— Помнишь, следователь говорил, что мать того парня, которого обвиняют в убийстве, работает горничной в гостинице. Попробуй ее найти или вычислить их домашний адрес.
— Сделаем, Владимир Сергеевич. У меня есть знакомый, в службе безопасности одного отеля работает. Он через своих людей наведет справки.
Вера Васильевна успешно поправлялась. Скорее бы домой! Она мечтала снова оказаться в своей спальне и на любимой кухне, и в зимнем саду. Что там с ним стало после налета?! Ведь было все разбито, столько цветов. В раздумьях о том, как она будет все приводить в порядок, Вера Васильевна задремала. Туманные картины дома, деревьев, потом возник пейзаж — белое поле, за ним — леса, все засыпано снегом. И на этом фоне вдалеке она увидела фигуру Жени. В полусне она думала, куда он идет один по этому пустому заснеженному полю…
Утром к ней в палату пришел новый врач.
— Давайте знакомиться, меня зовут Селена Йонасовна, я буду вести вас до полного выздоровления. Как ваше самочувствие, как настроение?
— Здравствуйте, Селена … — она замялась, потому что не очень хорошо расслышала отчество и боялась обидеть, произнеся его ошибочно.
Доктор улыбнулась:
— Не смущайтесь, мое отчество с первого раза не произнесешь. Уж родители постарались усложнить жизнь. Если хотите, называйте меня просто Селена. Или Селена Ивановна — так это звучит по-русски. Называйте, как вам удобнее.
— Не записывайте меня в группу с ослабленным умственным развитием, — она улыбнулась, — я учитель, так что с вашим отчеством справлюсь. Просто сразу не расслышала. Да и вы появились внезапно. А мой врач …?
— Она ушла в отпуск. И врачам надо, знаете ли, отдыхать.
Селена была высокого роста, статная, с крупными чертами лица. Большие карие глаза, сияющие дружелюбием, прямо-таки излучая энергию, настолько завладевали собеседником, что он быстро попадал под обаяние докторши.
— А я как раз вышла из отпуска и готова поделиться с вами своими запасами энергии. Знаете, отдых нужен такой, чтобы восполнял запасы энергии. Вот вы как восстанавливаетесь после переживаний, нагрузок? Например, сейчас, после всей этой истории, что будете делать? Мне рассказали, что произошло с вами.
Она говорила без жалости и осторожности, с которой обычно врачи общаются с пациентами, перенесшими физическое насилие или подвергшимися нападению. Говорила так, словно ничего страшного не произошло. Да, было что-то, после чего требуется восполнить энергию, встряхнуться и как ни в чем не бывало жить дальше.
Вера Васильевна тщательно избегала воспоминаний о случившемся. При мысли о том, как на нее напал человек в черной маске и черных перчатках, на нее накатывала волна ужаса; жар и ледяной душ обдавали ее одновременно. И она снова усилием выкидывала это из головы, повторяя себе «все хорошо, все прошло, я в безопасности, все позади», надеясь, что мало — помалу эти воспоминания будут слабеть и со временем отпустят ее.
Когда врач заговорила с ней о том, что она пережила, сначала снова накатила паника. Но врач продолжала говорить спокойно и уверенно, как о чем-то обыденном, повседневном. И самое удивительное, что это отношение к событиям передалось Вере Васильевне. Она позволила себе мысленно вернуться к тому, что произошло. Когда врач вышла их палаты, Вера Васильевна относилась к пережитому уже немного по-другому. Её внутренний монолог был таким: «Да, это было. На меня напали. Потом меня спасли. Сейчас все хорошо. Ничего страшного». Воспоминания о пережитом остались, но ушли эмоции. Да, она больше не чувствует ужаса и паники. Доносился спокойный, уверенный голос врача. Все хорошо. Она выздоравливает. Ее навещали, передали цветы… Вера Васильевна не заметила, как заснула. Спокойным здоровым, восстанавливающим сном, без кошмаров и приступов паники. Она справилась.
