Лидия, перехватившая образ нашествия некротараканов на общежитие в мыслях студентов и их преподавателя, закашлялась. На студвесне она мысли окружающих не отслеживала, а потому масштаба проблемы не представляла, так что впечатления очевидцев впечатляли. Тем более что тараканов она недолюбливала ещё со времен своей жизни в общежитии. Соседи порой не прочь были подгадить менталистам за реальные и кажущиеся обиды, а попортить амулеты от насекомых, стоящие в общаге АПиС, было несложно, те и так изнашивались довольно быстро.
— Тут довольно странная приманка, — не подозревая о её мыслях, сообщил студент, — выглядит словно первокурсник чертил. Как будто скрестили первый тип со вторым.
Ир Вильос подошёл к месту, где та была начерчена, и кивнул. На студенческое корявое творчество это и правда было очень похоже: неуверенные, прерывающиеся линии, перепутанные символы. В теории работать такое было не должно. Ещё одной странностью было то, что после того как приманка стала не нужна, её не стерли.
— Она и не сработала, — заверила, изучив рисунок, подошедшая вскоре Ронда. — Скорее всего, сверху бросили приманку, созданную силами баньши, и сработала уже она.
— То есть у нас здесь побывал некий баньши, пытающийся освоить некромантию, — заключил ир Вильос.
— Может и так, — согласился ир Гранди. — Хотя баньши не слишком нужна классическая некромантия: большую часть задач они могут решить без схем, а что посложнее мало кому из них нужно, поэтому это довольно странно.
— Да здесь всё странно, — вздохнул проректор.
В Виседе ир Ламарт решил задержаться. Не столько потому что ему что-то требовалось именно в этом городе, сколько потому что ему уже безумно хотелось передышки и спокойствия. К тому же, ему в любом случае нужно было где-то отсидеться, а привести себя в порядок так можно было с куда большим комфортом. Едва ли его станут искать в довольно крупном городе, да ещё так далеко от болот, скорее решат, что направился в Леса или куда-нибудь в глушь.
Была у него и другая причина для задержки — в Виседской академии, как оказалось, тоже давали какие-то знания и навыки: мальчишка был не бестолков. Недостаточно опытен в почти всём, что касалось нежити — всё же слишком далеко Висед был от Лесов и аномалий, но не бестолков. Это сталкивавшийся со свежими выпускниками самых разных академий Оскар мог сказать уверенно. Схватывал он быстро и явно намерен был взять от их занятий всё возможное.
Платил тоже честно. Это, учитывая, как поиздержался Оскар за последний год и особенно последний месяц, было немаловажно. Он даже перебрался из гостиницы в небольшую квартиру на окраине. Впрочем, это было больше обусловлено тем, что в гостинице слишком сложно оказалось скрывать то, что он не нуждается ни во сне, ни в пище. В квартире хотя бы можно делать вид, что не хочет готовить и уже поел где-то, а время, отведённое для сна, проводить за чтением. Благо книги и журналы из академической библиотеки ему нежданный ученик таскал без вопросов. Даже не интересовался, почему их возвращают так быстро — считал должно быть, что новый знакомый просто смотрит какие-то интересующие его разделы, а не читает от корки до корки. Проблемой было разве что то, что выдавали на руки далеко не всё. Соваться же в академию лич не горел желанием, но мальчишке объяснял это тем, что в отпуске и не хочет сталкиваться с коллегами. Тот, как ни странно, верил и вопросов не задавал.
С одной стороны необходимость такой конспирации несколько раздражала, с другой — это всё же было гораздо приятнее бесконечных в прямом смысле слова походов и разговоров с ир Пелте. И, пускай, по общему мнению, личам не доступны эмоции в привычном их понимании, ир Ламарт был рад наконец снова оказаться предоставленным самому себе.
Наставничество старшего лича во многом было полезно, этого он отрицать не мог, но характером тот отличался на редкость ужасным, да и не во всём Оскар был с ним согласен. Возможно, сказывалось, что сам он был пусть и прикладником по образованию, но всю жизнь провёл в Лесах, где к ир Гранди относились с неизменным уважением, возможно, просто брала своё разница поколений, но ир Ламарт не видел смысла в том, в чём его видел ир Пелте и наоборот. И, хотя какие-то точки соприкосновения они нашли, постоянное нахождение бок о бок в течение почти года уже претило обоим.
Конференция в этом плане была как глоток свежего воздуха, даже несмотря на все возникшие сложности, начиная с того, что Дэниэл ир Шрот оказался у целителей, и заканчивая явно пошедшим наперекосяк планом ир Пелте с Рондой.
