Когда Генеральные штаты 1317 года провозгласили, что «женщина не может наследовать королевство Франции», то никакой ссылки на законы Франции не было приведено. Тогда трон получил дядя покойного короля-младенца Иоанна І Филипп V, брат отца Иоанна Людовика Х, а дочь Людовика принцесса Жанна была отстранена от трона. До этого проблема женского наследования короны просто не возникала. С конца Х века каждый король Франции мог в момент смерти передать корону своему сыну, и хотя никак не закреплённый в законе этот обычай стал восприниматься как естественный и самим собой разумеющийся.
В 1322 году решение отстранить уже дочерей Филиппа V от престола было принято легко, несмотря на то, что вопросов об их законном рождении, в отличие от такового у Жанны, не возникало вовсе. В 1328 году необходимость отсечь от трона ближайшего родственника покойного короля по мужской линии (вопрос о том, что женщина не может наследовать корону, в этом случае не стоял) привела к тому, что, ссылаясь на «всеобщий обычай королевства», было сформулировано следствие из предыдущего решения, а именно, что происхождение от дочери французского короля также не даёт повода претендовать на французский королевский престол. Но и на этот раз ссылки на конкретный закон приведено не было.
Французский хронист (летописец) Жан Фруассар через полвека написал:
Попытки подвести железобетонную юридическую базу под свершившийся факт делались на протяжении XIV и XV столетий. В 1358 году в библиотеке королевской усыпальницы в Сен-Дени, в северном пригороде Парижа, был обнаружен текст давно и прочно забытого Салического закона. Учёный монах Ришар Скотт с огромной радостью обнаружил в нём статью о запрете женщинам наследовать землю, и на этом основании построил аргумент в защиту отстранения Эдуарда Английского от французской короны. Помимо замшелого германского обычая, в защиту статуса-кво привлекались также римское и церковное право (на тот момент составлявшие практически единое целое) на том основании, что положение короля сакрально и является сродни положению священника.
В августе 1374 года уже король Карл V издал ордонанс (указ) об установлении возраста королевского совершеннолетия в четырнадцать лет. В соответствии с этим ордонансом была провозглашена отмена выборности короля (что тоже являлось многовековым обычаем – как видим, если старинный закон неудобен, его вполне можно отбросить), право престолонаследия закреплено за старшими сыновьями или ближайшими потомками мужского пола, новый король должен был вступать в свои права с момента смерти предшественника, и его право на коронацию объявлялось неоспоримым. В развитие норм ордонанса 1374 года сначала актом следующего короля Карла VІ в 1392 году, а затем эдиктом Парижского парламента (несмотря на название, это был не представительский орган управления государством, а Верховный суд, власть которого распространялась почти на всё, но всё же не на всё королевство) от 1407 года постановлялось, что наследник престола провозглашается королем сразу же после смерти предыдущего короля и немедленно коронуется невзирая на возраст.
Ссылка на Салическое право появилась только в 1410 году в трактате, направленном против претензий на французский престол, выдвинутых в новом раунде Столетней войны новым королём Англии Генрихом ІV. В первой четверти того же века французские юристы сформулировали чисто правовую концепцию передачи королевской власти, в соответствии с которой передача короны происходит только по праву, то есть по Салическому закону:
