Трудно переоценить облепиху, но легко недохвалить: ведь еще «остались» ее медоносные цветы, твердая, мелкослойная, желтоватого цвета древесина, охотно используемая в токарном деле. Само же растение не боится ни суровых сибирских морозов, ни продолжительных засух на юге нашей страны, хорошо чувствует себя на разных почвах и даже на сыпучих песках. Благодаря способности легко разрастаться в стороны своими корневыми отпрысками она великолепно закрепляет крутые склоны, откосы шоссейных и железных дорог, а также уменьшает подвижность сыпучих песков.
Вот как богата сибирская тайга!
Увлекателен, вдохновенен, но по-своему неблагодарен труд лесовода. Вырастит он, выпестует из крохотного, еле видного семени нежные растеньица, пересадит осторожно в хорошо обработанную почву и ухаживает за ними долгие годы, как за маленькими детьми. А дождется ли времени, когда питомцы превратятся в могучие развесистые дубы, в стройные высокие сосны, величественные пихты или ясени?..
Рядом замлепашец-хлебороб, кажется, только-только засеял свое поле, старательно присмотрел месяц-другой за зеленеющими всходами, и вот еще не утвердилось по-настоящему лето, а он, счастливый, уже идет среди золотых волн пшеницы, взвешивает на ладони полное животворного сока зерно.
Через пять — самое большее десять — лет снимает первые урожаи плодовых деревьев и труженик-садовод.
А вот тех, кто растит леса, судьба никогда не баловала. Только усталой старческой походкой, опираясь на палку, дано им пройтись под кронами взращенных лесов, а уборка лесного урожая — дело сыновей, а то и внуков. Поэтому с давних времен таили лесоводы заветную мечту: вырастить не одно, а много поколений леса за человеческую жизнь, не один, а несколько раз порадоваться результатам своего многолетнего труда.
Казалось, бесплодная мечта. Но вот грянула Октябрьская революция, и то, что считалось несбыточным, стало осуществляться у нас на глазах. Невиданные темпы развития нашей страны неожиданно дали всей армии лесоводов такого могучего и надежного союзника, как народное хозяйство. Союзник оказался требовательным и неумолимым: он отпустил громадные средства, вооружил самой современной и совершенной техникой и предоставил неограниченную площадь, обязав мечтателей приняться за дело и быстрее растить леса, особенно в давно обжитой и изрядно обезлесенной в прошлом Европейской части нашей страны.
Но ведь леса растут, как и столетия назад, а потребление их богатств промышленностью и стройками возросло во сто крат и продолжает стремительно увеличиваться.
Как тут быть?
Долго ломали (да, пожалуй, и теперь еще ломают) лесоводы голову над осуществлением бывшей мечты, вдруг превратившейся в настоятельную необходимость. Иные предлагали «взять курс» на знаменитых рекордсменов быстрого роста — эвкалиптов (о них еще речь впереди), другие искали решение вопроса в агротехнике возделывания лесов, в стимуляторах роста, в удобрениях.
Нащупали же золотоносную лесную жилу те, кто обратил свои надежды к народным деревьям. Как ни странно, но такое имя ботаники присвоили в прошлом малоценным, а с точки зрения лесоводов, просто сорным видам деревьев — тополям.
Оказывается, и у деревьев бывают необычные судьбы, такие, к примеру, породы, как дуб, ясень, ель, клен, с давних ор пользуются всеобщим уважением. К ним почтительно относятся в природных лесах, любовно растят в лесных питомниках или лесных культурах (так лесоводы называют молодые искусственные леса), с восхищением говорят знатоки и об их древесине. А тополя всегда росли «сами по себе», без особого внимания и без каких-либо забот об их судьбе.
Правда, люди давно подметили необычную быстроту их оста, крупные размеры, любовались их красотой, охотно обсаживали ими плотины или берега прудов и водоемов, улицы дороги. В озеленении городов тополя, кстати, использовались не только из-за своего быстрого роста, но и из-за своей неприхотливости, а также способности легко размножаться черенками. Посадил весной небольшой 30-сантиметровый черенок тополя, а к осени без особого ухода это уже двух-, а то и трехметровое деревцо. Как не сажать такое растение? Ведь в последующие годы оно почти не убавит темпов роста. А пройдет несколько лет, и перед вами большое тенистое дерево.
Мало где не встретишь теперь тополя, а вместе с ним и нареканий на его «пух». Нередко в начале лета можно услышать раздраженные возгласы прохожих:
— Опять эти тополя!
