Специалисты, долго изучавшие тамарикс, отмечают, что «подземный фундамент» — корни тамарикса, как правило, очень длинные (будто стебли тропических лиан, известных под именем «обезьяньих лестниц»), сильно разветвленные, образуют обширнейшие корневые сети, одинаково хорошо распространяющиеся на десятки метров вокруг растения — и в сыпучих песках и в плотных приречных галечниках. В поисках влаги корни нередко устремляются на несколько метров в глубину или стелются, подобно густой паутине, у самой поверхности. Но, пожалуй, наиболее замечательным их свойством является необычайная живучесть тамарикса. Иные растения, полностью погребенные под толстым слоем песка или ила, очень быстро гибнут. Тамарикс ведет себя совсем по-другому. Даже похороненные под метровым слоем земли, его ветви легко образуют на своих концах новые мощные корни, быстро восстанавливающие надземную часть растения, а вновь отросший куст или деревцо служат надежной преградой пескам или илу. Пески или река нередко снова «идут на штурм», а тамарикс снова отбивается. Многократное повторение таких операций часто приводит к образованию целых курганов-чекольков высотой до 20–30 метров. Такие «тамариксовые горы» обычно сплошь зарастают тамариксом, в то время как их тело насквозь пронизано корнями. Тамарикс не одолеть и прямо противоположным способом — оголением корней. Мало того: молодые растения или даже крупные деревья тамарикса, подмытые потоком, отлично путешествуют по воде в продолжение многих дней (иногда больше месяца). А зацепившись за берег или сев на мели, как ни в чем не бывало прикрепляются корнями к земле и успешно растут многие годы. Кстати, точными наблюдениями ученых установлено, что эти растения растут даже во время плавания. Интересно, что тамариксы не только сами отправляются в плавание, но и используют водный путь для распространения своих семян. Впрочем, семена неплохо расселяются и по воздуху, поднимаясь на специальных пушинках-парашютиках. Такие парашютики образуются уже на 12-14й день после начала цветения, а через четыре-пять дней семена разлетаются от материнского деревца на многие километры.
Нередко способствуют распространению семян на значительные расстояния птицы и животные, к телу которых они хорошо пристают своими щетинками.
Тамариксы, как и их пустынные собратья саксаулы, часто образуют довольно большие леса-заросли. Особенно буйно они разрастаются в поймах рек. Зимой, без листьев, они выглядят довольно редкими, но летом это довольно густые и тенистые своеобразные леса — тугаи. Зелеными островами они разбросаны и среди обширных просторов песчаных пустынь и неподалеку от рек, выступая в роли своеобразной зеленой охраны. Берега рек тамариксы надежно укрепляют от размывов, а сами реки от заиления, тогда как в пустыне часто преграждают путь подвижным пескам или, скрепляя почву, предохраняют ее от эрозии.
Долгие годы стоят на страже земли нежно-зеленые тамариксы — надежные часовые природы.
В Средней Азии вас не только охотно познакомят с этим чудо растением, но и расскажут о том, сколь полезно оно в жизни и быту людей. Конечно же, тамариксовые дрова уступают по теплотворности «зеленому углю» — саксаулу, но зато они ценны своим редкостным свойством хорошо гореть в свежем виде. Это одно из очень немногих благ, подаренных природой суровому пустынному краю. Его издавна высоко ценили и кочевые племена и торговые караваны. По достоинству это можно оценить лишь у спасительного тамариксового костра. В холода без тамарикса в пустыне, конечно, не обойтись. Из тамариксовых дров выжигают еще и рыхлый древесный уголь, толстые ветви и стволы идут на различные хозяйственные нужды. Тонкие побеги — отличный материал для всякого, иногда очень изящного и крепкого плетения. Из них делают красивые яркие корзинки, легкую дачную мебель и много других хороших вещей. Туркмены, живущие вдоль реки Мургаб, мастерски плетут из побегов даже рыболовные снасти.
Чтят тамарикс и среднеазиатские пчеловоды. Зацветая ранней весной, он поставляет белковый корм — пыльцу — для вскармливания пчелиной детки. Летнее цветение обеспечивает пчелам богатый и продолжительный сбор сладкого нектара. Впрочем, сладостями тамарикс делится не только с пчелами, но и прямо с людьми…
Местные жители издавна использовали сладковатый, вроде сиропа, сок, которым среди лета сплошь покрывается кора ветвей некоторых видов тамарикса. Это выделения одной из щитовок (мелких тлей). Высыхая, он превращается в беловатую крупу, которую ветер переносит на большие расстояния. Один из видов тамарикса так и прозван тамариксом манным.
Кстати, с этой крупой, разносимой ветрами, связывается и происхождение известной библейской легенды о «манне небесной». Оказывается, не божественного, а тамариксового происхождения белая и сладкая «манна»! На Синайском полуострове и теперь практикуется сбор «небесного дара» с дико растущих там манных тамариксов.
