Когда Тикет перелила кровь в банку ко всей смеси, она не смогла сдержать смех. В ее руках плескалось настоящее чудо.
— Так, осталось перемешать. Мама, папа, — Эмма подняла голову к лампам на потолке, — у меня получилось. Вы должны гордиться мною.
Мешала она тщательно, но осторожно, чтобы случайно не расплескать драгоценные капли. Она полностью сосредоточилась на своем зелье и не заметила, как Алекс открыл глаза.
Ева встретилась с ним взглядом. Она молча перевела взгляд на банку в руках Эммы, потом снова посмотрела на Алекса. Она хотела телепатически передать ему что-то, но Алекс уже сам решил, как ему поступить. Он пополз, словно ядовитая змея, по полу, и, когда Эмма поднесла банку к губам, чтобы сделать первый знаменательный глоток, Алекс собрал все свои оставшиеся силы и толкнул Эмму, которая тут же споткнулась о подножку Евы, по-прежнему привязанной к стулу, и упала прямо на пол.
Банка вылетела из рук Тикет и ударилась о плитку. Чёрная жидкость растеклась во все стороны.
— НЕТ! — Эмма закричала так, что ее могли услышать в самом Лондоне. Она подползла к разбитой банке, схватилась за стекло, потом отбросила его в сторону и наклонилась к чёрной луже. Она думала лишь мгновение, потом принялась лизать пол, а по щекам ее текли слезы.
Алекс тем временем освободил Еву. Они вместе оттащили Эмму от разлитого зелья и усадили на стул, где только что сидела Ева. Они привязали ее теми же ремнями.
— Вытри пол, нужно избавиться от этого, — Ева кивнула на лужу, и Алекс стянул с себя кофту.
Пока он прибирался, не пропуская ни одного чёрного пятнышка, Ева лучше закрепляла ремни на Эмме. Она посмотрела Тикет в глаза и сказала:
— Ты проиграла.
— Ты тоже. Твой парень сегодня же умрет.
— Не раньше тебя так точно.
Ева помнила, откуда Эмма набирала шприц для Алекса. Теперь она проделала тоже самое и поднесла шприц к лицу Тикет.
— Ева, не надо, — Алекс схватил ее за руку. — Пошли отсюда. Всё кончено.
— Оставим ее вот так сидеть?
— Теперь она не представляет никакой угрозы.
— А как же ты? Он же сказала, что… Нужно ехать в больницу!
— Сейчас нам нужно быстро выйти отсюда, я не хочу снова испытать в коридоре ту мучительную головную боль. Когда выйдем, сможем решить, что делать.
— Что ты ему вколола, тварь? — вдруг Ева с силой толкнула Эмму, и та не удержалась на стуле. Она упала на пол, ударившись затылком.
Карие злые глаза неожиданно закрылись.
— Ева! Ты ее убила? — тут же спохватился Алекс и подбежал к Тикет. Он наклонился к ней, чтобы послушать ее дыхание.
— Теперь точно уходим, — Ева не выглядела испуганной, она смело потянула Алекса за собой, и тот поддался.
Они вышли в коридор. До выхода из лаборатории оставалось около десяти метров. Однако приступ случился сразу же. Алекса передернуло, словно по нему пустили заряд электричества, и он упал на колени. Ева сразу же подхватила его и повела, шепча на ухо успокаивающие слова. Всего минута — и они навсегда выйдут из этого чудовищного места.
Когда они наконец вернулись в кабинет истории, то встретили там друзей с теми же неуверенными лицами. Алекс хотел сказать, что всё теперь позади и волноваться больше не стоит, но его глаза закрылись, и он отключился прямо в объятиях своей девушки.
Ева с каменным лицом посмотрела на Розу, Луизу и Роби и сказала:
— Звоните в скорую. Иначе в Темпусе окажется два мертвых тела.
Правый глаз еле-еле приоткрылся, и, посмотрев секунду на белую стену впереди, закрылся. Тоже самое сделал и второй глаз, только смог продержаться открытым около трёх секунд. Это помогло Алексу понять, что он в больнице. Как он здесь оказался, вспомнить не получалось. В его голове мутными пятнами расползались воспоминания о лаборатории, о крови, о разбитой банке, об Эмме, привязанной к стулу, а потом неожиданно оказавшейся на полу без сознания.
Алекс повернул голову и увидел Еву. Она сидела на стуле возле кровати и сжимала его руку.
— Привет, — она улыбнулась.
— Привет, — ответил Алекс.
— Мир спасен?
— Мир спасен.
— Ты же знаешь, что я тебя люблю?
— Я тоже тебя люблю.
***
В первом корпусе поднялась настоящая суматоха, еще больше той, когда Ника увезли в больницу. Пришла даже миссис Труф, чтобы выяснить, что же происходит, почему столько учеников попадает в больницу по непонятным причинам. Ей срочно нужно было решать проблему, ведь если информация разнесется по всей округе, то школу могут даже закрыть. Когда она выяснила посещаемость Алекса и Евы, то у нее чуть не случился удар. Она так много не знала о собственных учениках! Однако жаловаться родителям подростков ей не хотелось, она старалась поддерживать превосходную репутацию пансиона, ведь она управляла идеальной школой, а не сумасшедшим домом.
