Загадки золотых конвоев полностью

Из книги Нордмана: «После длительного перехода механизмы требовали переборок, корабельные инженеры-механики рассчитывали на то, что им будет дан соответствующий срок для работ, однако адмирал не счёл возможным согласиться на это и предписал кораблям оставаться в двухчасовой готовности». Потрясающая предусмотрительность! Откуда было англичанам знать, что буквально через несколько часов рядом объявятся немцы?

Всё это наталкивает нас на мысль, что незадолго до боя Шпее получил некую шифрованную телеграмму за подписью берлинского начальства (от морского министра или Военно-морского штаба) примерно следующего содержания: «На Фолклендских островах противника нет. Следовать к Порт-Стэнли, разрушить береговые объекты, по возможности захватить пленных, после чего идти домой». Текст мог быть и другим, но суть его заключалась в ключевой фразе — противника нет. Только в данном случае становится понятным внезапное решение Шпее напасть на Порт-Стэнли с минимумом боезапаса.

Ряд историков считают, что приказ, согласно которому эскадра должна была атаковать Фолкленды, был поддельным. Британцы просто использовали в данном случае шифр «Магдебурга» и от имени германского Военно-морского штаба направили эскадру в ловушку. Вероятно и то, что у командира «Гнейзенау» были какие-то опасения на этот счёт, но немецкая пунктуальность всё же одержала верх над интуицией.

Дело в том, что, получив фальшивку, ни перепроверить, ни уточнить её Шпее не мог, эскадра уже выходила в океан. А на переходе выходить в эфир он не имел права, так как должен был сохранять скрытность. Найти какое-либо другое объяснение действиям адмирала Шпее в данном случае нельзя.

Но если причиной гибели германской эскадры послужила радиограмма англичан, то кто и как подсунул её немецкому адмиралу и, наконец, откуда была прислана шифровка? Определимся сразу, что из Лондона или какого-либо другого английского города её вряд ли бы передали. Немецкие радиоразведчики наверняка бы запеленговали радиопередатчик, а перехватив такую радиограмму, узнали бы, что противник владеет их шифрами.

Российский историк И. Боечин отмечает. «Остаётся предположить, что некто дал шифрованную телеграмму из того же Лондона на Гавайи или в Вальпараисо. Причём внешне сообщение это могло носить чисто коммерческий характер. Кто не знает, что бизнесмены и в мирное время, и в военные годы одинаково тщательно засекречивают некоторые сделки. Оттуда приказ легко дошёл бы до Шпее, тем паче что адмирал уже пользовался гавайским каналом связи при переходе через Тихий океан. То, что прочитает телеграмму только адмирал, в британском адмиралтействе не сомневались. Если всё происходило так, то расчёт дезинформаторов был точен: до пленения Шпее не сможет никому рассказать об обмане до конца войны, а если адмирал погибнет, то тайна умрёт с ним. Так и получилось в декабре 1914 года, когда все концы хитро задуманной операции буквально в воду канули».

Именно так, судя по всему, была проведена первая крупная «радиоигра» с помощью захваченных шифров «Магдебурга», увенчавшаяся полным уничтожением целой неприятельской эскадры. Так что намёки Ринтеллена в контексте вышеизложенного представляются нам небезосновательными.