Софи вздохнула. Ее жизнь была бы намного проще и лучше, если бы она хоть немного походила на свою тетушку. Если бы она верила в карты, хрустальные шары и прочую чепуху. Но нет. Ее участь другая. Лишь однажды она почувствовала свою связь с потусторонним миром, да и то это произошло в присутствии Габриэля Кэйна – человека, который, сам того не желая, постепенно разрушает все ее иллюзии.
Даже не улыбнувшись в ответ на похвалу, Дмитрий невозмутимо щелкнул каблуками, отрывисто поклонился и вышел из комнаты. Софи чуть не засмеялась, увидев удивленное лицо Габриэля.
– Он всегда так делает, Габриэль. Он служил лакеем во дворце какого-то русского князя.
– Лакеем? Карлик?
Софи фыркнула:
– Очевидно, князю хотелось, чтобы ему прислуживал диковинный лакей.
По выражению его лица Софи поняла, что Габриэль так же, как и она, возмущен бессердечностью далекого князя. И все же она не хотела иметь с Габриэлем ничего общего.
– Ну что, ты не будешь совать свой нос в наши с тетей дела?
Он нехотя оторвал взгляд от двери и ответил на вопрос Софи:
– Прости, пожалуйста, но я не уверен, что тебе можно доверять.
Джунипер захихикала. Софи хмуро уставилась на тетю, потом на Габриэля.
– Откуда такое недоверие?
Красивые губы Габриэля скривились в усмешке. Софи невольно залюбовалась его лицом.
– Мне кажется, ты меня ненавидишь.
– Ты не прав, – процедила Софи сквозь зубы.
– Хватит меня дурачить!
Она и впрямь пыталась его одурачить, но он не сдавался.
– В переулке ты помешал мне убить Хардвика, – заявила она, – а теперь преследуешь меня.
Он поднял руку.
– Я вынужден присматривать за тобой, так как ты опять можешь попытаться найти и убить Иво Хардвика. Мне дали задание живым привезти этого человека на суд в Абилин. Это моя единственная цель.
– Я это уже слышала. – Софи поскребла ногтем по подбородку и вспомнила, что надо сделать маникюр. Черт возьми, сегодня вечером она должна произвести впечатление на легковерную публику!
– Но мне кажется, я вполне могу доверять мисс Джунипер, – продолжил Габриэль. – Похоже, в данной ситуации она на моей стороне. – Он мило улыбнулся тетушке Джунипер.
Та улыбнулась в ответ и начала изливать свои чувства:
– О да, мистер Кэйн! Сколько раз я твердила Софи, что эта ее погоня плохо кончится. Мстить человеку нехорошо…
– Джунипер! – вскричала Софи.
Тетушка подскочила в кресле, прижав руку к груди. Софи пожалела о своем крике, но она не хотела, чтобы ее болтливая тетя рассказывала Габриэлю Кэйну о ее прошлом.
Обиженная Джунипер сказала дрожащим голосом:
– Ты же знаешь, Софи, я никогда не скажу то, что ты хочешь скрыть.
У Софи защемило сердце. Она не доверяла милой Джунипер, потому что в один прекрасный день – будь то под воздействием вины, сочувствия или даже любви – она могла рассказать Габриэлю о том, что Софи пыталась скрыть. А Софи ни с кем не хотела делиться своими драгоценными воспоминаниями о Джошуа.
Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула:
– Я уверена, что ты никогда не сделаешь это нарочно. Но ты не одобряешь мои действия, и все это знают – от мистера Кэйна до Дмитрия. Но меня это не волнует.
Джунипер покачала головой:
– И напрасно, Софи. Ты пытаешься сотворить зло.
– Зло! – Софи с презрением выплюнула это слово. – А мистер Хардвик, по-твоему, не зло?
– Это тебя не оправдывает, Софи. – Джунипер указала на колоду карт Таро. – Карты говорят нам об этом с тех самых пор, как ты начала осуществлять свой план, милая.
– Карты – вздор! – заявила Софи.
Джунипер тяжело вздохнула и покачала головой, умоляюще взглянув на Габриэля:
– Мистер Кэйн, хоть вы ее убедите! Меня она не слушает.
Софи взглянула на Габриэля, но, к своему удивлению, не нашла в его лице ни презрения, ни насмешки. Его глаза светились сочувствием.
Она резко встала:
– Бессмысленный разговор! Учти, Габриэль Кэйн, мы с Джунипер – рабочие лошадки. Нам приходится зарабатывать себе на жизнь тем же ремеслом, каким зарабатывали наши родители. И когда мы это делаем, держись от нас подальше!
Габриэль тоже встал:
– Слушаюсь, мэм. Я и не думал вмешиваться.
– Вот-вот.
Однако когда вечером Софи и Джунипер спустились в частную гостиную, арендованную Дмитрием, Софи заметила Габриэля в дальнем углу вестибюля. Он одиноко сидел в кресле и читал газету. Так-то он не вмешивается в ее дела? Как стрелой пронзила она его своим гневным взглядом, но он даже не поднял глаза.
Наверное, он все-таки решил сохранять дистанцию. Отлично! Она понимала, почему он не хочет выпускать ее из виду, и молила Бога, чтобы он никогда не вспомнил о существовании Эмералда Хаффи.
Габриэль с интересом наблюдал, как Софи и Джунипер входят в арендованную гостиную. Он заметил, что Софи оставила свою плетеную корзину наверху, значит, Тибальт, объевшись деликатесов, сладко спит у нее в номере. Она действительно любила эту уродливую собачонку. Каждый раз, когда Габриэлю хотелось устроить Софи хорошую взбучку, он вспоминал про Тибальта, и сердце его смягчалось.
