Полицейский инспектор Фриц Ниммер стал опрашивать Барбару. Двое других полицейских ходили вокруг трупа. Она попросила инспектора побыстрее завершить все формальности, объяснив, что живет в четырехстах метрах отсюда, а там ее ждет голодный младенец.
– Значит, фрау Итцель, когда вы ехали за молоком, не видели ничего?
– Нет, господин инспектор.
– Вы не прикасались к трупу?
– Нет, господин инспектор, я только нагнулась и убедилась, что мужчина мертв.
– Как вы убедились?
– Обыкновенно. Видно же, когда человек дышит, когда нет… Кроме того, глаза были закрыты, да и цвет лица какой-то синий…
– Хорошо, фрау Итцель. Если понадобится, мы вас вызовем. Ваши данные я записал.
Женщина вскочила на велосипед и заторопилась домой, а инспектор Ниммер подошел к коллегам и занялся изучением трупа. Потом он обошел участок вокруг покойника, всматриваясь в растущую на обочине траву. Он почти не сомневался, что труп был доставлен к этому месту автомобилем, когда человек уже был мертв. Все остальное скажет экспертиза.
Фриц Ниммер сфотографировал место происшествия и приказал коллегам грузить тело в машину.
В огромном зале крытого бассейна стоял обычный шум. В «лягушатнике», где со дна били струйки теплой воды, слышались визг и радостные восклицания детей, играющих в мяч или обучающихся плаванию на досках и при этом бешено колотящих ногами по воде. Летящие брызги вынуждали немногочисленных не умеющих плавать взрослых жаться к бортику, где глубина была максимальной. В секторе для прыжков то и дело раздавались «водяные взрывы» от неудачно приводнившихся тел любителей острых ощущений.
Частный детектив Макс Вундерлих выбрал сектор для обычного спортивного плавания. Этот бассейн имел всего лишь двадцать пять метров в длину, и Макс переплывал его уже в двадцатый раз. Итак, пятьсот метров – на сегодня хватит. Он взглянул на стену зала, где висели большие часы, и высчитал, что оплаченное время заканчивается через полчаса. Можно еще пару раз прыгнуть с вышки и закругляться.
Он долго стоял под горячим душем, смывая с себя хлорку. В раздевалке Макс не спеша вытерся большим махровым полотенцем. Одевшись, подставил свою пышную шевелюру под электрофен, немного повращав в нем головой.
Автомат турникета подмигнул зеленым глазом, приняв в себя намагниченный жетон, и выпустил Макса в холл. Через стекло, отделяющее холл от улицы, было видно, как ветер бесшумно гонит по тротуарной плитке октябрьскую листву. Он решил немного остыть и присел в одно из кресел, имеющихся в холле. Взял со столика рядом какой-то старый журнал и, не читая, стал просто перелистывать его, не напрягая мозги и наслаждаясь состоянием необычной легкости, которое он всегда испытывал после плавания.
Сейчас кто-нибудь позвонит… Через минуту, а может быть, через две… Он засек время. Прошло полторы минуты, и телефон завибрировал в кармане куртки.
– Вундерлих.
– Хай, Максик. Я.
– Хай, Мартина. Рад тебя слышать.
– У меня к тебе дело.
– Да.
– У меня есть приятельница, три дня назад исчез ее муж…
– Она заявила в полицию?
– Да, но только вчера.
– И что?
– Сегодня ей позвонили и сообщили, что мужчина, соответствующий ее описанию, найден мертвым на окраине Эрфурта.
– Но это может быть и ошибкой.
– Да, но она почему-то считает, что это может оказаться правдой… Кроме того, ее пригласили в Эрфурт на опознание.
– У нее есть основания считать, что речь идет о ее муже?
– Мне она об этом не говорила.
Макс знал о привычке Мартины не сразу говорить, чего она хочет, и, чтобы сократить время на бесполезные вопросы, сказал:
– Мартина, я все понял. Ты, вероятно, хочешь, чтобы я ее выслушал. Мы можем встретиться сегодня?
– Да.
– Я через полчаса буду в своем офисе на Шиллерштрассе. Приезжайте вдвоем.
Хватит наслаждаться легкостью в теле. Пора нагружаться.
«Рено» завелся сразу. Через двадцать минут он сидел в офисе на диванчике, пил кофе и курил.
Мартина Хайзе, «из интереса» добровольно помогавшая сыщику Вундерлиху в его расследованиях, открыла дверь и пропустила вперед заплаканную шатенку средних лет. Вместо привычного «Максик» она, видимо посчитав неудобным такое обращение при посторонних, сказала:
– Макс, это моя приятельница Гизела Оберман. У нее несчастье. Думаю, будет лучше, если она сама расскажет.
Макс пригласил обеих дам занять место на диване и, сев за свой стол, сказал:
– Слушаю вас, фрау Оберман.
– Господин Вундерлих, три дня назад исчез мой муж Вальтер Оберман. Утром, как обычно, он отправился на работу, а вечером не вернулся. Я связалась с его шефом, и тот сказал, что Вальтер отпросился на два дня с работы и не появлялся. Мне он о том, что не пойдет на работу, ничего не сказал.
– Что еще необычного вы заметили?
– В тот день я просидела дома и вышла на улицу только вечером после звонка шефу Вальтера. Тут я, к моему удивлению, обнаружила под навесом автомобиль Вальтера. Получается, что в то утро он на нем не поехал…
– Фрау Оберман, ваш муж ничего не сообщил вам о своих планах? У вас с мужем были хорошие отношения? Что-то же заставило его взять у шефа эти два дня…
– У нас хорошие отношения, и он ничего особенного мне не говорил…
